года изготовили сверх государственного плана более 13 тыс. металлообрабатывающих станков, за 3–4 месяца построили свыше тысячи предприятий местной промышленности, в течение 6 месяцев провели огромную работу по преобразованию природы для орошения 370 тыс. чонбо суходольных полей».[39] На съезде особо подчеркивалась необходимость продолжения борьбы за укрепление единства партии на основе идеологии «чучхе». И хотя «партия сумела с корнем вырвать фракционизм, ликвидировать вредное влияние антипартийных элементов», задача «установления чучхе по всех областях» была объявлена в качестве одной из первоочередных. При этом указывалось, что «чучхе» – это творческое применение всеобщих истин марксизма-ленинизма к конкретной действительности КНДР».

Провозглашенные экономические планы не были выполнены к 1967 г. Семилетка была пролонгирована до 1970 г. Причины невыполнения плана состояли, прежде всего, в просчетах в экономической политике, в стремлении решить сложные экономические проблемы только за счет энтузиазма и, конечно же, в росте масштабов военных расходов.

В 1962 г. руководство ТПК принимает решение об осуществлении новой политики – о параллельном экономическом и оборонном строительстве. Поводом для нового политического курса послужил отказ СССР предоставить КНДР военную помощь на безвозмездной основе. Состоявшийся в декабре 1962 г. Пленум ЦК ТПК «осудил» СССР и лично Н. С. Хрущева за «ревизионистскую политику» и одобрил курс на «модернизацию армии и превращение ее в кадровую, на вооружение всего народа, превращение всей страны в неприступную крепость». В 1964 г. Ким Ир Сен выдвинул лозунг «один – на сто», означавший, что в случае войны один северокорейский военнослужащий должен убить 100 вражеских солдат. Этот лозунг до сих пор остается одним из главных политических средств воспитания военнослужащих Корейской народной армии.

В 1966 г. конференция ТПК подтвердила линию на параллельное военное и экономическое строительство. С этого времени процесс милитаризации северокорейского общества принял целенаправленный характер и стал последовательно и настойчиво осуществляться руководством КНДР.

К концу 1960-х гг. в КНДР были осуществлены крупные идеологические, политические и организационные мероприятия, которые привели к укреплению позиций Ким Ир Сена и возглавляемой им группировки, формированию националистического тоталитарного режима. В этот же период начался активный процесс милитаризации северокорейского общества, проводилась интенсивная идеологическая и организационная работа по утверждению «чучхейской политической системы» КНДР.

Вместе с тем в этот период КНДР удалось восстановить разрушенную войной промышленность, серьезно укрепить военно-экономический потенциал страны, выдержать напряжение конфронтации – соревнование с Югом, а в первые послевоенные годы и серьезно опередить его по темпам экономического развития.

Глава II

Кризис Первой и Второй республик на Юге Кореи

§ 1. Партии, кланы и политическая борьба

Бушевавшая почти три года братоубийственная война превратила в руины мирные города и селения Корейского полуострова. В отличие от Севера, где восстановительные процессы при содействии СССР, КНР и других дружественных государств носили более целеустремленный характер, население Юга испытывало огромные лишения вследствие анархии и внутриполитических неурядиц. Репрессивная политика северокорейских властей, их постоянная «охота за ведьмами» побудила многие тысячи северокорейцев бежать на Юг, где они пополняли массовую армию безработных, пауперов, обездоленных. Только за два послевоенных года (1953–1955) общее число полностью безработных в стране подскочило с 1 до 2 млн человек. Кроме того, почти 2/3 трудоспособного населения были заняты неполный рабочий день или имели случайные заработки, т. е. находились на грани нищеты. Газета «Сеул синмун» (13.05.1958 г.) с горечью констатировала, что общее число полностью и частично безработных превышает 4,8 млн человек, что соответствует 36,6 % самодеятельного населения Юга.

В целом же в первом послевоенном 1954 г. валовой объем промышленного производства едва достигал 20 % по сравнению с 1945 г. Острый дефицит электроэнергии, отсутствие сырья, гнетущее налоговое бремя, чрезвычайно низкий уровень покупательной способности населения приводили к массовому свертыванию среднего и мелкого производства. К концу 1955 г. на Юге реально действовало всего 32 % всех зарегистрированных промышленных предприятий. В феврале 1957 г. Торгово-промышленная палата РК опубликовала доклад, из которого следовало, что в стране бездействуют полностью или работают с неполной загрузкой около 3135 предприятий, что составляло более половины всех промышленных объектов страны. В число безработных входили десятки тысяч выпускников университетов и огромная масса демобилизованных солдат и офицеров. Недовольство и возмущение этих людей были «как пороховая бочка, которая могла взорваться от малейшей искры».

В такой ситуации Первой республике пришлось сосредоточить свои усилия на восстановлении разрушенной аграрной экономики, налаживании нормального продовольственного обеспечения. Формально упомянутая в предыдущей главе аграрная реформа на Юге считалась в основном завершенной еще в 1951 г. Но, несмотря на заметное перераспределение земельного фонда в пользу мелких и средних хозяйств, реального роста сельскохозяйственного производства не происходило. В результате массовых армейских мобилизаций на селе остро не хватало рабочих рук, а перевод промышленности на военные нужды парализовал поставки в деревню сельхозинвентаря, удобрений, ядохимикатов.

В годы войны оказались разрушенными многие оросительные системы, что создавало катастрофическую ситуацию для земледельца, почти наполовину зависевшего от искусственного орошения. Новым бедствием стало принудительное изъятие земли под военные базы, аэродромы, полигоны, стратегические дороги и др. объекты «войск ООН» и южнокорейской армии. В результате урожайность зерна в 1953–1954 гг. упала до 60 % довоенного уровня. Для минимального продовольственного обеспечения Югу недоставало 1,5–2 млн т зерна в год, но лишь половина этого дефицита покрывалась за счет американской гуманитарной помощи.

После войны более рельефно стали выявляться социально-экономические последствия аграрной реформы. К 1960 г. (по сравнению с довоенным 1949 г.) удельный вес крестьянских хозяйств, обрабатывающих участки размером до 1 чонбо, возрос с 71 до 73 %. Доля же крестьян, обрабатывающих 1–2 чонбо, снизилась с 21,4 до 20,7 %. Что же касается хозяйств среднезажиточных крестьян, то их число в рассматриваемый период осталось неизменным – около 6 %. Проведенная в интересах развития капитализма аграрная реформа, подорвав феодально-помещичью монополию, не устранила крестьянского малоземелья и пауперизма.

В такой ситуации примерно одна пятая часть беднейших крестьянских хозяйств вынуждена была прибегать к аренде. Причем арендная плата по-прежнему носила кабальный характер, доходя до 40 % урожая на суходольных землях и до 80–90 % на поливных участках. Ежегодно к весне около 1 млн беднейших крестьянских дворов оставались без необходимого продовольствия. Голод, обнищание, социальные бедствия по-прежнему оставались уделом сельской бедноты, которая массами уходила в города в поисках источников существования. Другими словами, аграрная реформа, несмотря на некоторое ограничение помещичье-ростовщических кругов, не устраняла острейших социальных противоречий в южнокорейской деревне.

Территория Юга не испытала на себе столь разрушительных бомбардировок авиации США, как на Севере. Тем не менее только ее материальные потери в войне достигли 3–4 млрд долл., что значительно превышало валовой национальный доход страны за 1949–1950 гг. В период войны на Юге было разрушено 43 % промышленных объектов, 41 % электростанций, 50 % шахт и рудников, почти 1 /3 жилых домов, общественных зданий, дорог, мостов, пристаней. Согласно данным южнокорейского историка Ли Ги Бэка, в 1951 г. по сравнению с довоенным 1949 г. валовой сбор зерновых составил 73 %, морепродуктов – 92 %, хлопчатобумажных тканей – 86 %, выпуск резиновой обуви – 57 %, вольфрамовой руды – 47 %, цемента – 58 %, черепицы – 30 %, антрацита – 10 % и т. п. В условиях экономической разрухи и хаоса цены на товары первой необходимости подскочили на 1800 %.

В целях вывода народного хозяйства Юга из состояния тотального развала и тупика в декабре 1953 г. создается Американо-корейская смешанная экономическая комиссия (АКСЭК), которая взяла под свой

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату