Загрузка...

Сказка первая

Кот и Парашютист

Боли не было. Наоборот, присутствовала некая лёгкость и расслабленность во всём организме. Свежий ветерок, воздух — как после дождя в деревне, пахнет чем-то свежим и влажным, совсем чуть-чуть угадывается аромат полевого разнотравья.

— Нуте-с, сударь мой, — совсем рядом раздался певучий голос. — Как говорит в своих нетленках великий и ужасный Саня Бушков: 'Открывайте глаза, голуба моя, ресницы-то — дрожат!'.

Ник послушался, и приоткрыл правый глаз, а через секунду и левый, ошалело таращась на говорящего. И было, право, чему удивляться: в двух шагах от него, на старом деревянном ящике, восседал здоровенный, серый в полосочку, котяра.

— Здравствуйте, милый юноша! — пропел-промурлыкал странный кот. — Разрешите представиться: меня зовут — Кот.

— А меня — Ник, — автоматически ответил Ник, затравленно озираясь по сторонам.

— Да вы встаньте на ноги, любезный мой, сбросьте свой рюкзак с парашютом, — подал Кот дельный совет. — Оглядитесь хорошенько, удовлетворите — любопытство своё!

Ник поднялся на ноги, опираясь на какую-то узкую кирпичную стенку, сбросил с плеч рюкзак. 'Ну, так и есть, парашют всё же не раскрылся, а я жив почему-то!' — пронеслось в голове. Он оглянулся по сторонам, вокруг — одни сплошные крыши: металлические и черепичные, гладкие и ребристые, явно новые и совсем ветхие, самых разнообразных цветов, оттенков и колеров. Сплошные такие — крыши, тесно примыкающие друг к другу, без начала и конца, а узкая кирпичная стенка — гранью трубы обычной, дымоходной, оказалась, одной из тысяч таких же, беспорядочно торчащих тут и там.

Молодой человек посмотрел на небо, увиденное оптимизма не добавило: на западе — горел багровый закат, и половинка солнца уже забралась за горизонт, а на востоке — теплился нежный рассвет, и другая солнечная половинка — явно только что, показалась на Свет Божий. Облака разномастные по кривым овалам выстроились, плывут себе медленно — в противоположных направлениях, причём, похоже, вокруг того места, где они с Котом и находились.

Ник потрогал руками лицо, плечи, колени, на всякий случай ущипнул себя за ляжку, — да нет, вроде всё нормально, и боль остро ощущается. Но всё же: что это такое с ним приключилось, и где же это, собственно говоря, он находиться изволит? Ник резко обернулся к нежданному напарнику.

Кот, как оказалось, всё понимал правильно, и заговорил, вопросов не дожидаясь:

— Это место так и называется — Заброшенные Крыши. По сути — Станция перевалочная: дальше можно в любых направлениях проследовать, даже, — Кот сделал многозначительную паузу, — даже и Назад.

— Следовательно, я — умер?

— Да ладно вам, — Кот недовольно улыбнулся в свои роскошные усы. — Полноте, милый друг. Что есть, с философской точки зрения все эти сентенции: 'живой — мёртвый', 'счастливый — несчастный', 'весёлый — печальный'? Что — я вас спрашиваю? Так, термины глупые только…. Всё относительно — в этом мире. Относительно — ко Времени, прежде всего. Сегодня вы глупы и ограничены: одно за Истину принимаете, завтра поумнели немного — поняли, что Истин несколько может быть, или — ни одной, к примеру…..

— Отдаю должное вашему интеллекту, уважаемый Кот, — произнёс Ник, в глубине души несказанно удивляясь своему спокойствию. — Но всё изложенное вами — мне мало что объясняет. По всем законом физики я должен был в лепёшку расшибиться: падение с трёх тысяч метров с нераскрывшимся парашютом — дело серьёзное, знаете ли…. А я тут стою себе спокойненько на крыше, с котами разговариваю. Может — это просто бред предсмертный? А?

Кот помотал ушастой головой, прищурился задумчиво, и прошелестел едва слышно:

— А вы, милостивый государь, поведайте мне о ваших последних десяти минутах, о тех, которые происходили до вашего появления на Крышах, и главное — о Последней…. Тогда, быть может, я и смогу дельное что сказать, может даже — спрогнозировать чего….

Самолёт неуклюже оторвался от взлётной полосы и неровными толчками начал набирать высоту, в этот момент у Ника зазвонил мобильник.

Инструктор Петрович скорчил недовольную мину, но, всё же, разрешающе махнул рукой, мол, давай, поговори — я сегодня добрый…

— Да? — спросил Ник, нажимая на нужную кнопку.

— Здесь Ахмет! — оповестила трубка с лёгким кавказским акцентом. — Твоя дочь и жена у нас…. Вах, какие красивые девочки, просто — персики! Три дня у тебя на всё. Хочешь женщин своих обратно получить? Рассчитайся полностью, будь мужчиной! Всё ясно?

— Всё, — прошептал Ник.

Длинные гудки, отбой…..

Похоже, действительно — всё. Где взять триста тысяч баксов? Негде, сожрал всё дефолт проклятый…

Ещё несколько месяцев назад Ник был преуспевающим бизнесменом, а ныне? Ныне — банкрот полный, даже квартиру и две машины в пользу кредиторов пришлось отписать, а долгов ещё осталось — выше крыши, проценты по ним бегут ежедневно…

Нет денег, нет совсем. Вот, хотел годовой абонент на прыжки с парашютом обратно сдать, хоть немного наличности на руки получить, не согласились в Авиаклубе. Мол, денег у самих нет, а прыгать хочешь — так это, пожалуйста, просим!

Вот и решил прыгнуть, раз всё равно приехал…

Любил Ник это дело: небо бездонное над головой, домики крошечные внизу проплывают, свежий ветерок, воздух — как после дождя в деревне, пахнет чем-то свежим и влажным, совсем чуть-чуть угадывается аромат полевого разнотравья……

— Всем приготовиться! — кричит Петрович. — Начинаю обратный отсчёт: тридцать, двадцать девять……… два, один, ноль! Первый — пошёл!

Голубой купол неба, восхитительное чувство свободного падения…….

Тут, в считанные секунды, он и понял — что надо делать. Года полтора назад, когда денег было навалом, застраховал он свою жизнь в солидной зарубежной компании, причём, со страховой премией родственникам, в случае чего, более чем солидной…. И с Ахметом рассчитаться хватит, и девчонкам ещё останется на жизнь безбедную! Нормально всё должно сойти…. Какое такое самоубийство? Несчастный случай обычный, просто парашют не раскрылся…..

Рука разжалась, отпуская заветное кольцо…..

— Вот и всё, — промолвил Ник. — Кольцо отпустил, и такое впечатление, тут же на этой крыше оказался.

— На крышах, — поправил Кот. — И — с большой буквы, пожалуйста. А история ваша — совсем обычна и проста для этих мест: банальное самоубийство, но — цели благородные преследующее…. Знакомое, в общем, дело. Да уж! — Кот замолчал, словно вспоминая что-то важное.

Подождав секунд тридцать, Ник громко покашлял, привлекая к себе внимание:

— Извините, любезный Кот, но всё же, объясните более внятно!

— Дело всё в том, что кто-то из Главных, причём не обязательно, что и Сам, а просто — кто-то из Них, засомневался в правильности вашего благородного поступка. Почему — засомневался? Да кто ж знает, знать — были причины! Решили — паузу в течение вашей Судьбы сделать, заморозить ситуацию, так сказать…

— Но, для чего 'заморозить', зачем?

— Бог его знает, — зевнул Кот, — Они же добрыми себя считают, справедливыми. Вот и сомневаются постоянно — так ли всё в мире происходит, не надо ли переделать что? Вот Они думать будут, а вы, мон

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату