Илло
Раймунда Монтекукколи с Караффой И шестерых еще из генералов Он в эту ночь бежать уговорил. Его своим рескриптом император Давно уполномочил, а теперь С ним этот Квестенберг договорился. Валленштейн садится на стул и закрывает лицо руками.
Терцки
О, если б ты мне верил! Графиня. Те же.
Графиня
Мне жутко… Как с тревогой совладать? Откройте, что случилось, ради бога! Илло
Полк за полком, от нас войска отпали. Нас предал Пикколомини-отец! Графиня
Сбылось мое предчувствие! (Бросается вон из комнаты.)
Терцки
Я прав! Ты видишь, как тебе солгали звезды! Валленштейн
(встает)
Нет, звезды нам не лгут. Тут все случилось Теченью звезд, судьбе наперекор. Наука непреложна, небеса Правдивы, но их предопределенья Коварный друг нещадно исказил. Лишь истина — основа прорицанья, Неверно все, что против естества. И разве заблужденье — не питать Столь низких подозрений к человеку? Я слабости такой не постыжусь! Заложена и в сердце зверя верность; Дикарь и тот не станет пить с несчастным, Которого пронзить ножом задумал. Какой геройский подвиг ты свершил, Октавио! Не разумом своим Ты превзошел меня, твое лукавство Над прямодушьем одержало верх. Ты в сердце, не прикрытое щитом, Предательски нанес удар злодейский! Перед таким оружьем я — дитя. Те же. Бутлер.
Терцки
Смотрите! Бутлер! Есть у нас друзья! Валленштейн
(Идет к нему с распростертыми руками и сердечно обнимает его.)
Обнимемся, соратник давний мой!
