Двенадцать ярдов — это двенадцать шагов (тридцать шесть футов), что составляет три восьмых расстояния, с которого стрелялись Онегин и Ленский. Фактически они находились на расстоянии четырнадцати ярдов друг от друга, когда Онегин выстрелил. На поединках, где защищалась честь семьи, расстояние могло быть значительно меньшим. Так, Рылеев стрелялся с князем Константином Шаховским с расстояния в три шага (22 февраля 1824 г.), и их пули столкнулись в воздухе.
Пишо (1823): «C'est une distance honorable…»[727]
Но не Байрон придумал это выражение. См. глупую комедию Шеридана «Соперники», V, III, где сэр Луций ОТриггер, секундант труса Акра, отмеряет шаги и замечает: «Ну вот, очень хорошее расстояние — настоящее благородное расстояние». (Акр при этом думает: «хорошее расстояние» — это «сорок или тридцать восемь ярдов», да еще чтобы дуэлянты не сходились, как это допускалось франко-русским кодексом.)
Что ж, если вашим пистолетом Сражен приятель молодой, Нескромным взглядом, иль ответом, 4 Или безделицей иной Вас оскорбивший за бутылкой, Иль даже сам в досаде пылкой Вас гордо вызвавший на бой, 8 Скажите: вашею душой Какое чувство овладеет, Когда недвижим, на земле Пред вами с смертью на челе, 12 Он постепенно костенеет, Когда он глух и молчалив На ваш отчаянный призыв? Варианты Черновые наброски продолжений в собрании Майкова (ПД, 155):
XXXIVa В сраженьи <смелым> быть похвально, Но кто не смел в наш храбрый век — Все дерзко бьется, лжет нахально. 4 Герой, будь прежде человек — Чувствительность бывала в моде И в нашей северной природе. Когда горящая картечь 8 Главу сорвет у друга с плеч — Плачь, воин, не стыдись, плачь вольно! И Кесарь слезы проливал <Когда он> друга <смерть узнал> 12 И сам был ранен очень больно (Не помню где, не помню как); Он был конечно <не> дурак. 10—14 Здесь Пушкину приходят смутные воспоминания об отрывке из «Жизнеописаний» Плутарха (читанных им на французском в переводе Жака Амье), когда Цезарь в Александрии, получив голову Помпея, «ne put retenir ses larmes»[728] («Vies des hommes illustres»; «Cesar», LIII). Именно около статуи Помпея во время заседания Сената Цезарю был нанесен (Каской) первый удар в шею, после чего совершилось убийство (там же, LXXI), — отсюда упоминание о ранении.
В ПСС, 1949 (с. 612) приводится черновик, где Цезарь и его друг заменены на Кассия и Брута (стихи 10–11):
И Кассий слезы проливал, Когда он Брута смерть узнал… Хотя все было наоборот. Отметим эту расплывчатость классических познаний.
XXXIVb Но плакать и без раны можно О друге, если был он мил, Нас не дразнил неосторожно, 4 И нашим прихотям служил. (Но если Жница роковая, Окровавленная, слепая, В огне, в дыму — в глазах отца 8 Сразит залетного птенца!) О страх! о горькое мгно<венье>! О Ст<роганов> когда твой сын, Упал сражен, и ты один, 12 <3абыл ты> <Славу> <и> сраженье И предал славе ты чужой Успех ободренный тобой. 10 Cт<роганов>; 13 чужой… — Граф Павел Строганов, командовавший дивизией в сражении при Кране близ Лана во Франции 7 марта 1814 г. (по н. ст.), покинул поле битвы, узнав, что его девятнадцатилетний сын Александр обезглавлен пушечным ядром.
«Чужой» — согласно Тынянову (Лит. насл. 1934, т. 16–18, с. 369–370), это
