Комментарий к роману 'Евгений Онегин'

1—8 Михаил Лунин (1787–1845) и Иван Якушкин (1793–1857) были активными членами Северного общества. Пушкин хорошо знал обоих. Написанные в ссылке мемуары Якушкина (1853– 1855) напечатаны в т. 1 «Избранных социально-политических и философских произведений декабристов» в 3-х т. (Л., 1951, ред. И. Щипанов, примеч. С. Штрайха; я видел только два тома).

5 …Читал свои Ноэли Пушкин… — В буквальном значении «ноэли» — французские рождественские песнопения, представляющие исторический интерес, но не имеющие поэтической ценности. Жанр восходит к XI в. Здесь имеются в виду политические пародии на них.

В Петербурге молодой Пушкин, конечно же, читал антиправительственные стихи на встречах «Зеленой лампы» и на других пирушках, где бывали декабристы. Но это не были тайные заседания: на те поэта не приглашали. Здесь, как и везде, причастность Пушкина к декабризму — лишь стилизация.

Что же это были за «ноэли»? До нас дошел всего один, достаточно безобидный, сочиненный скорее всего в 1818 г., — четыре ямбических восьмистишия, в каждом по пять трехстопных стихов (1–4, 8), один александрийский (5) и два четырехстопных (6–7), с рифмами ababecce. Вот стихи 1–4.

Ура! В Россию скачет
Кочующий деспот.
Спаситель горько плачет,
За ним и весь народ…

Мария утешает младенца, появляется царь, «здоров и тучен», и обещает директора полиции отправить в отставку, секретаря цензурного комитета — в сумасшедший дом, а людям дать «права людей»; имеется в виду исполненная либерализма речь Александра в варшавском сейме 15 марта 1818 г. Стишок оканчивается так (стихи 25–32):

От радости в постеле
Запрыгало дитя
«Неужто в самом дел?
Неужто не шутя?»

А мать ему:

«Бай-бай! закрой свои ты глазки,
Пора уснуть уж наконец,
Послушавши, как царь-отец
Рассказывает сказки»

Все это — в злободневном духе Беранже и не представляет большой литературной ценности; разительный контраст с одой «Вольность».

В 1670-х гг. над «Бургундскими рождественскими песнопениями» («Noei bourguignon») работал Бернар де Ла Моннуа (1641–1728), опубликовавший их, с собственным французским переводом, под псевдонимом Ги Барозе (Gui Barozai), в 1720 г. Пушкин мог видеть его «Noels bourguignons» (в бургундском оригинале более нечестивые, чем во французском переводе). Я смотрел тексты в лейденском репринтном издании (1865) редкой антологии Армана Луи де Виньеро дю Плесси Ришелье, герцога д'Эгийона «Сборник избранных произведений, собранных заботами космополита» («Recueil de pieces choisies rassemblees par les soins du cosmopolite» Armand Louis de Vignerot Duplessis Richelieu, duc d'Aiguillon, 1683–1750; Veretz in Touraine, 1735, p. 427–500). Это легкомысленные, то богохульные, то причудливые и нежные песенки о Рождестве Христовом и пр. Например, строфа II ноэля V звучит так:

A la Nativite
Chantons, je vous supplie.
Une Vierge a porte
Neuf mois le fruit de vie;
Le Saint-Esprit fute
Fit cette oeuvre jolie[948] [в бургундском тексте «be sutie»].

Я заметил, что у Бабетты Дейч в переводе гл. 10, XVI, 5 (1943: слегка расширенная версия ее же перевода ЕО 1937 г., замечательная лишь чудовищными по своей нелепости иллюстрациями Фрица Эйхенберга) написано:

Здесь Пушкин с важным видом читал свои стихи…

6—8 …Меланхолический Якушкин… Цареубийственный кинжал…  — На портретах вид у Якушкина подавленный. Говорят, он был несчастлив в любви. В воспоминаниях он пишет, что мысль об убийстве Александра I овладела им в 1817 г., когда пронесся нелепый слух, будто царь собирается перенести свою резиденцию в Варшаву, а часть России присоединить к Польше. Якушкин собирался вооружиться парой пистолетов и из одного застрелить царя, а из другого себя, устроив нечто вроде сольной дуэли. Он отказался от этого плана, когда выяснилось, что слух лишен оснований.

9—11 …видя… Хромой Тургенев… — Николай Тургенев (1789–1871) был видным деятелем умеренного крыла тайного общества и автором важной части устава «Союза благоденствия» — той, в которой говорилось об ограничении царской власти.

9 апреля 1824 г. он уехал в Западную Европу и оставался там до 1856 г., когда декабристы получили амнистию. О его хромоте мне ничего выяснить не удалось.

Его брат Александр Тургенев (1784–1845), директор Департамента духовных дел, был одним из самых верных помощников и друзей Пушкина. Именно он в 1811 г. помог записать юного поэта в Лицей. На последней неделе апреля 1820 г. вместе с Карамзиным он уговорил министра иностранных дел отправить Пушкина к генералу Инзову, на юг России, — чрезвычайно мягкий вариант по сравнению с другими возможными местами ссылки. Он же в начале июня 1823 г. снова обратился к графу Нессельроде и добился перевода Пушкина в Одессу («Меценат [Воронцов], климат, море, исторические воспоминания — все есть», — писал Тургенев Вяземскому 15 июня 1823 г. о новом назначении своего протеже). И наконец, снова он в полночь 1 февраля 1837 г., после отпевания в Конюшенной церкви (в сопровождении жандарма Ракеева, который четверть века спустя арестует публициста-радикала Николая Чернышевского), повез гроб