— Да, похоже, вы действительно видели
Он продолжал что-то бормотать по поводу низкого качества фильмов, производимых студией, и плохого руководства. Больше всех он презирал Арни Блэквуда и Фрэнки Ломбардо. Судя по всему, эти режиссеры отличались наибольшей распущенностью в просмотровой. Через какое-то время глаза Гарри стали закатываться.
— Вы хорошо себя чувствуете, Гарри? — спросила Лаки с беспокойством.
— Не слишком.
Помогая ему подняться, она заметила:
— Самое время поймать для вас такси. Вам самому не стоит садиться за руль.
— Они находятся у меня в просмотровой, и я все вижу, — повторил Гарри. — У некоторых нет ни стыда ни совести.
Обняв за плечи, Лаки повела его к выходу.
— Наркотики, — бормотал он, — и секс. Ни о чем другом они не думают. — Он громко икнул. — Паршиво себя чувствую.
— Можем мы потом еще поговорить?
— Увидим. — Он снова икнул и споткнулся.
Ей удалось вывести его на улицу, остановить проезжавшее мимо такси и запихнуть его в машину. Не было никакого смысла позволить ему отключиться у нее на полу. Иначе пришлось бы остаться здесь на ночь и присматривать за ним, а этого ей хотелось меньше всего.
За один раз Гарри Браунинг рассказал достаточно. Во всяком случае, начало было многообещающим.
16
Еще две недели, и занятия в школе кончатся! Бриджит считала дни. Две недели назад она считала бы секунды. Сейчас все проще. У нее появилась подруга, и все стало по-другому.
Ее подругой стала Нонна Уэбстер, дочь нью-йоркского издателя и его жены, модельера, смешливая, подвижная девушка с длинными натуральными рыжими волосами, раскосыми глазами и симпатичной мордашкой в веснушках. Она была стройной и довольно высокой. Как и Бриджит, ей порядком пришлось повидать в жизни, так что стоило им разговориться, как они обнаружили, что у них много общего. Нонна жила в Европе, где встречалась со многими знаменитостями, спала с мужчиной на десять лет себя старше и неоднократно пробовала кокаин.
Бриджит поведала ей о своем бурном прошлом, включая свое похищение и смерть матери от передозировки наркотиков. Обе порешили, что с наркотиками связываться не стоит, от них одни неприятности и головная боль.
— Мы с тобой — космические близнецы! — возбужденно заговорила Нонна, узнав, что они родились в одном и том же месяце. — Просто поразительно, что мы раньше с тобой не сблизились. Я и не пыталась никогда, все говорили о твоем невообразимом снобизме. И ты ведь тоже не стремилась с кем-нибудь подружиться, верно?
— Верно, — призналась Бриджит. — Не так-то просто быть тем, кто я есть. — Было видно, что ей неловко. — Ну, знаешь, эти деньги и все такое.
— Господи! Вот уж не возражала бы против того, чтобы унаследовать целое состояние, — с завистью заметила Нонна.
— У твоей семьи есть деньги? — спросила Бриджит.
— Да по сравнению с тобой мы просто нищие как церковные крысы! — воскликнула Нонна. — И мои родители не считают, что нужно оставлять деньги детям. Тратят все, чтозарабатывают. Это несправедливо. Брат из себя выходит от злости. Обещает прикончить обоих, прежде чем они все потратят.
Бриджит засмеялась.
— А сколько лет брату?
— Двадцать три. Он чересчур привлекателен, от чего один вред. Все гоняется за богатыми женщинами и деньгами. Именно в этой последовательности. Я уж пыталась спасти его душу. Можешь поверить мне на слово — дело бесполезное.
Бриджит мгновенно заинтересовалась.
— От чего спасти его душу?
— От выпивки, кокаина и баб. Он — настоящий неудачник, но я его люблю.
— Мне хотелось бы иметь брата, — задумчиво вздохнула Бриджит.
— Я поделюсь с тобой своим, если ты пообещаешь помочь мне спасти его душу, — предложила Нонна.
— А как я могу это сделать?
— Выходи за него замуж. У тебя столько денег, что он непременно будет счастлив.
Обе захихикали. Такие забавные разговоры доставляли им удовольствие.
Остальные девушки своего отношения к Бриджит не изменили.
— Плюй на них и все, это они от зависти, — как-то раз заметила Нонна по дороге в город.
— Почему? — спросила Бриджит Ей было невдомек, почему кто-то мог ей завидовать.
— Потому что ты хорошенькая и у тебя большая грудь! — пошутила Нонна. — Убийственная комбинация.
Бриджит было приятно, что Нонна находит ее хорошенькой. Но они обе понимали, что дело вовсе не в этом, а в деньгах. Деньги являлись непреодолимым барьером, отделяющим Бриджит от остального мира.
— Что этим летом делать собираешься? — задала вопрос Нонна, когда они направлялись по тропинке к автобусной остановке.
— Какое-то время придется провести с бабушкой. Потом я поеду к отчиму и его жене в Калифорнию. Они сняли дом в Малибу-Бич. А ты?
Нонна подкинула ногой камешек.
— Часть времени в Монтане, у нас там дом. Скучища. В Малибу, наверное, веселее.
— Эй, у меня блестящая идея. Поедем со мной? — неожиданно для самой себя предложила Бриджит. — Ленни и Лаки возражать не будут, точно, они — просто блеск!
— Ленни — это Ленни Голден, — заинтересовалась Нонна, подняв брови, — а Лаки — это Лаки Сантанджело?
— Она теперь Лаки Голден, — поправила Бриджит.
— Да что ты! Тогда совсем другое дело!
Бриджит рассмеялась.
— Ну как?
— Да разве могу я отказаться от приглашения познакомиться с живой кинозвездой? — сказала Нонна. — Ленни Голден потрясающий мужчина.
Бриджит улыбнулась.
— Он ничего себе.
Нонна с удовлетворением вздохнула.
— Пожалуй, клевая идея. Но тебе сначала придется пожить у нас. Познакомишься с Полем, моим братом. Вот здорово! Может, даже выйдешь за него замуж. Ну сделай мне это маленькое одолжение. Убери его с моей шеи навсегда.
Бриджит поддержала шутку.
— Разумеется. Почему бы нет? Для друга — все, что угодно.
Обе рассмеялись.
— Завтра же позвоню Ленни, — пообещала Бриджит.
И впервые за долгое время она почувствовала, что ей есть чего ждать от завтрашнего дня.
