И почему им обоим всегда нравились блондинки?
Петр хмыкнул про себя. Из-за первой девочки — голубоглазой натуральной блондиночки со светлыми ресницами, братики, одному из которых было лет 11, другому — 13, здорово подрались прямо в школе, умудрившись сбить с ног директора и поставив ему фингал прямо под глазом. Тот тут же вызвал их родителей, а так как родители обоих мальчиков уехали, оставив ребят на попечение вечно занятого деда, в школу пришел именно он. После посещения кабинета директора обозленный Даниил Юрьевич так затиранил кузенов, что они на время даже сдружились против деда.
А потом молодящийся и стильный дедушка, которого все и всегда принимали за их отца, долго читал лекции о том, что братья не должны делить одну женщину, и даже дал пару советов, как следует этих самых женщин завоевывать. Мальчишки запомнили их и честно старались завоевать девочку-блондинку — целых два дня. А потом, к удивлению Смерчинских, она выбрала не их, а какого-то задохлика с параллельного класса.
После этого разочарования Петя и Денис в первый раз в жизни напились в компании друзей, едва на разгромив квартиру деда. У обоих была одинаковая реакция на алкоголь: ребята начинали буквально сходить с ума. Дед, увидев, что стало с его квартирой потом вообще едва не убил внуков и больше к себе надолго старался не брать.
Петр молча высадил Лиду у нужного ресторана, кивнул ей на прощание и поехал дальше. Однако через пару метров остановился, открыл окно и крикнул ей вслед:
— Лида!
Она мигом обернулась.
— Лида, переходите дорогу на зеленый цвет. На дороге перед вами может не оказаться такого умелого водителя, как я.
— Спасибо за совет! — крикнула в ответ девушка, а потом поспешила на встречу с Евгением. Он ужа ждал ее — его автомобиль был припаркован неподалеку.
Из ресторана Лида вышла через десять минут, с виду такая же спокойная, как и прежде, но внутри совершенно убитая. Пульс бился в кончиках пальцах так же сильно, как и полчаса назад, когда парень на фиолетовой машине едва не сбил ее. Лучше бы сбил.
Лучше бы она прекратила это существование на земле.
Естественно, он ее бросил. Нет, не бросил, а сказал, что их отношения прекрасны и замечательны, и устраивают его более чем. Но он, Женя, зависим от внешних объективных обстоятельств. Лида сначала не поняла, что парень имеет в виду. Тогда молодой человек, не отрывая напряженного взгляда от собственных ладоней, пояснил девушке ситуацию. Его родители настаивают на том, чтобы он, их единственный сын, для пользы семейного дела женился на дочери одного преуспевающего бизнесмена средней руки, которой Евгений очень и очень нравится. Если бы та девушка не испытывала симпатии к Жене, о перспективной свадьбе и речи быть не могло быть, но мать парня недавно узнала о симпатиях этой девушки, и тут же решила, что Евгению следует сблизиться с ней — для заключения выгодного брака.
'Перспективы, мой хороший, вот самое главное в любых твоих отношениях и контактах', — сказала она ему несколько дней назад, ясно дав понять, что его основная обязанность заключается в умножении семейного благосостояния. И даже привела в пример одного своего партнера из соседнего города — очень состоятельную бизнесвумен, которую уважала, хотя и во многом завидовала:
'У Аллы два сына, и пока один из них встречался с дочкой одного значимого человека, владеющего большими капиталами, она умудрилась поднять бизнес в гору еще выше'.
Когда парень, сидящий за столиком в ресторане и нервно постукивающий пальцами по бокалу с водой, сообщил это Лиде, то она подумала, что следующими его словами будут слова о том, что он оказался от этого, потому что Лидия его дорога, но вместо этого услышала: 'Прости, я не могу поступить по-другому. Я думал весь вечер и всю ночь — даже не спал, смотри, у меня мешки под глазами! — и решил, что я не могу подвести родителей. Лида, я должен это сделать. Но я все равно люблю тебя. Ты всегда будешь моей малышкой'.
Почему ее не задавила эта дорогая 'Мазда'?
Нет, он не бросил ее, он просто честно предупредил, что после окончания университета жениться на девочке из богатой семьи по желанию родителей. И добавил, что хочет и дальше встречаться с Лидой, потому что ему уютно и комфортно рядом с ней. Он даже сказал, что его будущая жена не слишком красива, балла 4 из 10-ти, а вот Лида — красавица.
Вспомнив это, девушка с темными волосами замедлила шаг и впилась ногтями в сумку — до боли, чтобы не дать волю чувствам прямо на людной улице. Один из темно-фиолетовых аккуратных ноготков сломался — почти под корень, но обычно переживающая по этому поводу девушка лишь равнодушно взглянула на руку и вновь опустила ее, пряча ладонь за широким ремнем сумки на плече. Это же ладонью девушка хотела как следует отхлестать парня по щекам, но вместо этого мило улыбнулась ему и сказала с ядовитой улыбочкой:
— Прости, Жень, я рада за тебя, но мы не сможем встречаться. Я нашла себе нового парня, и… сам понимаешь. Я стараюсь быть верной девочкой. По крайней мере, теперь. В общем, я хотела сказать тебе, но все боялась сделать это: у меня есть другой.
О да, Евгений удивился, еще как, кажется, даже обозлился, с грохотом поставил чашку с кофе на стол и волком уставился на Лидию.
— Что ты сказала?
— Повторить? Прости, я не хотела делать тебе… больно. Не хотела говорить. — Сквозь зубы произнесла Лида. — Но сегодня ты дал повод для расставания. И я рада, что все прояснилось.
За эти десять минут, что они пробыли вместе, внезапно став из близких людей совсем чужими, он возмущался и даже кричал куда больше, чем Лида. Та, по большей части, молчала, пила сок через длинную трубочку и орала на парня только про себя.
Напоследок темноволосая девушка достала деньги, куда больше, чем нужно было, чтобы расплатиться за сок, и аккуратно положила их около локтя разгневанного Жени со словами и насмешливо-извиняющейся улыбкой на губах:
— Милый, мне мой новый парень не разрешает пользоваться благосклонностями других мужчин. Я сама заплачу за свой сок. Сдачи не надо.
— Лида, стой!
— Прощай.
И она вышла из ресторана, довольная тем, что сумела не унизиться перед бывшим парнем и не заплакать перед ним. Все же актрисой Лида была неплохой, и разыграла почти что отличный спектакль. Почти что — потому что на самом деле ей было больно, страшно и плохо, а никакого другого парня, не разрешающего ей 'пользоваться благосклонностями других мужчин', около Лиды не было.
Девушка машинально села в автобус, мечтая оказаться дома и дать волю эмоциям — тщательно скрываемым, но по-плутониански яркими (Машка всегда говорила, что Плутон — планета сильных глубинных эмоций и не всегда положительных, а часто разрушительных) вновь привез Лиду к стенам родного университета, она поняла, что перепутала маршруты. Раньше с ней такого не случалось.
Лида вышла из автобуса, пару минут постояла в задумчивости, и только потом неспешно двинулась не в сторону университета, и находившихся там подруг, а в сторону парка, расположенного около него. Ей хотелось побыть в одиночестве, там, где не будет людей,
Она медленно, меланхолично стуча каблуками по асфальтированной дороге, двинулась вперед, не замечая ничего и никакого. Ее целью были самые далекие лавочки, притаившиеся за шикарными изумрудными кустами. Там ее точно никто не заметит.
Лучше бы тот парень с фиолетовой тачкой действительно сбил ее.
— И что бы тогда изменилось? — сама у себя мысленно спросила Лида. — Женька все равно женился бы. И только бы я мучалась. Вот козел. Тварь, последняя тварь.
Нет, хорошо, что фиолетовое спортивное авто не причинило ей вреда, и что этот парень в черных очках сдавал экзамены по вождению и получал права, а не покупал их, как это часто делают богатенькие детишки. А в том, что брюнет с умным тонким лицом — его имя Лида благополучно забыла — был представителем куда более высокой социальной прослойки, чем она сама, девушка не сомневалась.
Лида, наконец, набрела на пустую лавочку в тени, которая удобно была огорожена живой изгородью с
