жуткое лекарство от похмелья, представляешь? Я не знала, рыдать мне или смеяться. Дэн, что делать?
— Иди ко мне, я тебя пожалею, — вдруг сказал парень. Кажется, он обнял девушку. Судя по просвету в густых кустарниках, розовое прильнуло к серому. Лида, которая сразу после разговора с Евгением, готова была создать Общество защиты женщин от измен, рассердилась — за Машку.
— Я его люблю, а он любит другую, — повторила Оля. — Я ненавижу ее, и одновременно себя. Она — хорошая девочка. А я такая дрянь, Дэн.
— Ты не дрянь, ты малышка Князева, — рассмеялся он, — помнишь, как ты злилась, когда тебя так называли парни?
— Помню. Но, Денис, почему я в такой нелепой ситуации? Это ведь забавно, да?
— Это жизнь. — Отозвался Денис, чуть помолчав. — Ты же знаешь, что она забавная женщина.
— Почему это жизнь — именно женщина, а не мужчина? — удивилась светловолосая.
Лида мысленно согласилась с вопросом Ольги.
— Как бы сказал Черри — потому что она нам дает. — Рассмеялся Дэн. — Дает кучу возможностей и кучу проблем. И удовольствие от этих возможностей дает совсем кратковременное. А его хочется еще и еще. Каждый день, и желательно, чтобы оно было долгим. Очень долгим.
— Инна один раз сказала, что Черри великий Пошляк Пошлякович. Но без него было бы дико скучно. — Непонятно к чему произнесла Ольга.
— Она сказала правду. — Согласился Смерч.
— А что Ланде — парень-ромашка. И без него тоже было бы грустно.
— А что она говорила про меня? — поинтересовался горько Смерч.
— А что она могла говорить мне про тебя, кроме того, что любит? Она говорила только это. И ни одного плохого слова.
Они помолчали еще минут пять, и все эти минуты притаившаяся Лидия усиленно думала, о чем же разговаривают эти двое?? Что у них за свои дела? Да, они знакомы с детства, учились в одном классе (Князева что, отстающая, что ли?), возможно, у них была одна компания, но что они имею в виду??
— Так, Ольга, мне пора. Нужно быть в универе.
— Мне тоже. Не хочу… злить Ника и опаздывать. — Отвечала со смешком Ольга. — Иди первым, не хочу, чтобы нас вместе видели.
— Хорошо. Не заблудись в парке, малышка, — весело попрощался с ней парень. — И не беспокойся, у нас ведь все будет хорошо. Не иначе.
— Никак иначе. Я верю тебе. Пока, Денис, спасибо тебе за все. — Отозвалась светловолосая девушка. Когда Дэну ушел, она заплакала. Не громко, но отчаянно, и их каждого ее всхлипа исходила глубоко затаенная боль.
Кусты уже второй раз за этот день стали свидетелями женского плача и понуро пригнули ветки к стволам, так же, как кошки подбирают под себя лапки.
Лида, поняв, что теперь эстафету по обильному слезовыденению в номинации женский Лучший плачь дня из ее рук приняла Ольга, непонятно чему смутилась и даже неожиданно пожалела одногруппницу. Что с ней? Неразделенная серьезная любовь?
Когда взволнованная Лида быстрым шагом уходила из этого места к университету, чтобы встретиться с Машкой и Мариной, ей подумалось, что Оля говорила Денису о нем самом. Наверное, она его любит, а встречаться ей приходиться с Никитой. И история о каком-то там парне в клубе — выдумана полностью: от начала до конца. Князева и клуб? Сомнительно. Князева и алкоголь? Изумительно. Князева и парень, мама которого разрешила притащить домой пьяную девушку? Идиотизм какой-то. А вот Князева и Дэн? Вполне возможно. Ольга заплакала сразу, как только ушел Смерчинский. Она водит его за нос, что-то недоговаривает, а этот парень, хоть и умный и все такое, но не сможет противостоять женскому коварству. Женскому коварству не может противостоять никто. Даже Женя. Та девка правильно рассчитала, что Евгению продуться по душе деньги ее родителей, если у нее внешность на четверочку.
Но, кажется, Дэнни все же не интересуется Ольгой — он просто успокаивающе ее обняла, и он не намерен бросать Марию или изменять ей все с той же Князевой. Он странный, непостоянный, но хороший. Надежный, хотя и не кажется таким с первого взгляда. Как, как такой парень-ветер, парень-собирающий- взгляды-девушек, парень-улыбка может казаться оплотом отношений? Да никак. Абсолютно.
Вот ее Женька казался надежным и верным с самого начала их отношений, а на самом деле смело подкинул свинью любимой девушке, как только ему представилась возможность сделать это ради собственной выгоды. Парень-скала, парень-уверенность-в-завтращнем-дне, парень- серьезность не оправдал возложенного на него доверия.
Чтобы посмотреть время, Лида достала из сумки мобильник. Оказалось, ей много кто звонил и писал смс. Машка и Маринка писали, что благополучно сдали зачет (особенно радовалась Машка — об этом говорили пятнадцать восклицательных знаков в конце предложения) и получили законные 'кирпичи' в зачетки. Звонила мама, и подружки со школы — явно куда-то хотели пригласить. А еще звонил Женя — целых пять раз. И даже прислал одно текстовое сообщение: 'Возьми трубку! Я хочу с тобой срочно поговорить! Кто у тебя появился? Ты надо мной так издеваешься?'
— Урод, — с шумом захлопнула крышку раскладушки девушка. — Еще и звонить мне смеешь? Кто у меня появился? Принц матерый у меня появился, черт возьми.
С мыслями о том, как бы можно было казнить проклятого Женьку, Лида пребыла к университету, все меньше и меньше становясь похожей на человека, проплакавшего долгое время. На крыльце она обнаружила Бурундукову и двоюродную сестру, торчавших в компании смеющегося Смерча, длинноволосой Инги, дерзкого на вид парня с зелеными волосами и кучей цветных татуировок на руках, и молодого человека с длинными светлыми, почти белыми волосами, ноги которого были обтянуты узкими багровыми в черную клетку джинсами.
Не успела Лида подойти к ржущей компании, на которую обращали внимание прочие студенты, как ее опередил невысокий молодой человек, кажущийся ей, девушке не слишком низкой и с формами, даже хрупким.
— Денис, — властно позвали Смерчинского по имени. Лида второй раз за день узнала голос и, обернувшись, увидела своего сегодняшнего водителя, которого едва не сделала преступником.
Может быть, с этого дня мне нужно перестать считать себя тупицой? Как-никак, я сдала жуткий зачет без шпор и списываний, мобилизовав все силы своего собственного ума, который перестал на время прикидываться дистрофиком мышления, и проявил себя во всей красе.
Да, я успешно все сдала и из кабинета вылетела в образе Черного Плаща, того самого, из мультика, только не на крыльях ночи, а на крыльях счастья. Орел, хлопая уже своими широкими крыльями, приплясывал то на одной, то на другой ноге под задорно-торжественный гимн Багамских островов. Эта же музыка играла у меня в душе, выводимая сводным оркестром двигательных нервов под управлением маэстро со сложной фамилией — Нервуса Вестибулокохлеариса. То есть нерва, отвечающего за слуховое восприятие.
Головастики выкинули маски уныния, победно вскидывали ручки, сжатые в кулачки под веселенький клубный транс и дружно улыбаясь, выводили цветными маркерами на своих незаменимых плакатах:
— Ну как, Бурундукова, сдала?
— Сдала!!
— Ну, красавица! Молодчинка! Сложно было? Какие вопросы попались?
Я, сияя, приняла от ребят поздравления (это у нас в группе вещь необходимая и традиционная), была обнята эмоциональной сегодня Маринкой, поделилась впечатлениями от зачета и строгого препода, который, надо отдать ему должное, лично меня не валил, а потом была утащена подругой в столовую.
Уже там, заказав горячее ароматное какао и булочки, послала смс-ки о том, что сдала последний зачет уехавшей Лиде, родителям и наглому Федьке, еще вчера противным голосом уверявшего меня в том, что волноваться не стоит. 'Ты, Машка, все равно когда-нибудь этот зачет сдашь, вопрос только в том, в каком семестре: в этом, следующем или через года два', — уверял меня братец. Вот же я на него злилась! И только вмешательство мамы помогло ему обойтись без увечий.
Естественно, я 'обрадовала' и своего господина Смерчинского, заявив ему в сообщении, что он обязан теперь вести меня на свидание и выполнить кучу других обещаний, потому что я получила заветное
