святости, чтобы вновь заняться стручками, счастливыми и лишенными ума, и вести их в тень объединения и к его высшей вершине – смерти.

Появилось еще три танцора, на этот раз женщины, держащиеся за руки.

Волосы прикрывали их лица. Взлетающие лохмотья обнажали белые руки и ноги.

Многочисленная орда паломников подхватила Старка под руки.

– Истина, пилигрим! Мы услышим сегодня слова истины! Ты готов услышать истину!

Их глаза были стеклянными, а дыхание было тяжелым из-за наркотиков.

– Истина, которая уничтожит ложь и накажет зло!

– Я готов, – звучно ответил Старк. – А вы? Обнимайтесь! Любите друг друга!

Те, смеясь, повиновались. Одна из женщин обняла и поцеловала Старка.

Ее губы, казалось, прожигали вуаль.

– Отойдем к краю дороги, и я научу тебя любви, – сказала она. – Зачем ты скрываешь лицо?

– Я дал обет, – сказал Старк, осторожно отодвигая ее.

На дороге расчистилось свободное место. Там шел всего лишь один человек, устремив взгляд на белые башни Гед Дарода.

– Они помогают слабым, кормят голодных, укрывают бездомных. Лорды Защитники – наши отцы. Они дают нам все, что нужно.

Он повторял это, как заклинание. Старк посмотрел ему в лицо и увидел, что этот человек идет к смерти.

Позади него раздался какой-то шум. Старк оглянулся. Быстро и решительно приближалась группа всадников. Это были не пилигримы.

Старк замешался в ближайшую группу, которая отодвинулась, давая проход всадникам. Их было шестеро – четверо Бендсменов и еще двое, которые были укутаны в черные капюшоны.

Подняв глаза, Старк увидел в проходе лицо в белой шерсти с огромными блестящими глазами существа, живущего без солнечного света. В течение доли секунды ему показалось, что эти глаза уставились на него в нежном свете Трех Королев.

Он встревожился. Но отряд продолжал свой путь, и даже если человек в черном плаще действительно узнал его, он не поднял тревоги. Видимо, все-таки не узнал. Старк поднял выше вуаль, а капюшон опустил как можно ниже и пошел дальше, весьма раздосадованный этой встречей.

Это были Дети Матери Скэйта, из людей Келл а Марг, которые жили в катакомбах под горами Ведьминых Огней. Он думал, что узнал их: Фенн и Федрик, которые хотели убить его кинжалом в зале Прорицателей.

Зачем они едут в Гед Дарод, так далеко на юг, в мир под открытым небом, от которого они отказались тысячелетия назад? У него и так достаточно врагов, не хватало еще этих двоих.

На стенах Гед Дарода был свет, похожий на отблески. Ворота были открыты, они всегда были открыты. Их было двенадцать и к каждым вела дорога. И через эти ворота в город Бендсменов вливались толпы паломников.

Город был не такой сияющий, как казался издали, но он был очень мелодичен. Звук издавали колокольчики, которые висели по краям крыш, на шпилях, вокруг позолоченных куполов. Тысячи маленьких колокольчиков, свободно раскачиваемых каждым ветерком, наполняли воздух нежным звоном.

На улицах мирно толпился народ, никто не ссорился друг с другом, хотя паломники непрерывно увеличивали толпу. Люди сидели или лежали у стен домов. Балконы были переполнены. Из соображений гигиены в каменных желобах бежали ручьи, в воздухе пахло благовониями, и их жгли не без причины.

Невозможно было всех устроить под крышей, да и бродяги предпочитали жить на улице.

Старка интересовал только центр – убежище, куда бродяги приходили рожать своих детей, а затем там их и оставляли, на воспитание Бендсменам.

По указаниям Тачвара, он нашел здание в одиннадцать этажей под ярко-красной крышей и пошел по забитой народом улочке.

Глава 22

Продвигаясь вперед. Старк все лучше отдавал себе отчет о настроении в городе. Город ждал. Ждал, затаив дыхание. Ждал, как натянутые нервы ждут своего высшего напряжения, чтобы затем расслабиться. Каждый новый паломник как бы увеличивал напряжение. Город был как бассейн, наполненный до краев.

Туда входили, но никто не выходил. Однако, люди там блуждали бесцельно.

Они ходили по улицам, заполняли храмы, занимались любовью, молились и распевали псалмы. Множество гостиниц и закусочных с выпивкой работали беспрерывно. Бендсмены доставляли своим детям все, что те могли пожелать.

Бендсмены низшего ранга бегали по городу, удостоверяясь, что все в порядке.

В спокойных закоулках Гед Дарода, между кварталами храмов и верхним городом располагались больницы и убежище для больных и стариков, ясли для сирот и подкидышей, дома для калек. Никому не было отказа, хотя большинство взрослых иждивенцев было бродягами среднего возраста. Они так давно покинули свой дом и свою семью, что теперь, когда их бродяжничество подошло к концу, им некуда было идти.

Храмы были великолепны. Храмы с золочеными кровлями были посвящены Старому Солнцу, другие, тоже прекрасные, служили Матери Скэйта, Матери Вод, Отцу Неба и многим другим различным образам Черной Богини верхнего севера и антарктического юга. Паломники медленно ходили по этим обширным торжественным местам, рассматривая богатство и красоту, каких никогда не видели. Они молча делали свои приношения, молились и уходили, считая, что они помогли своему миру прожить подольше. Истинные фанатики оставались в храмах до тех пор, пока служители ласково не выпроваживали их.

Но эти большие храмы могущественных богов окружало множество и менее значительных. Даже Тачвар не мог сказать, кто были эти божества и как им служат. По ночам в жилищах учеников рассказывалось много странного: может это была правда, а может – ложь. Старк ни в чем не сомневался – на Скэйте возможным было все.

Он дошел до Великого Дома Старого Солнца – самого большого из храмов, ошеломляющей пышности, с его золочеными крышами и белыми колоннами, отражавшимися в огромном бассейне перед фасадом. Бассейн окружала резная каменная стена со множеством маленьких ниш, в каждой из которых горела свеча. Миллионы крошечных огоньков освещали воду. Пилигримы купались в священной воде, в священном свете свеч, символизирующих свет Старого Солнца, который изгоняет свет и тьму.

Старк прошел мимо бассейна, обогнул храм и оказался на улице, где торговцы сувенирами предлагали различные побрякушки. Тачвар говорил Старку, что в конце этой улицы он увидит стены, окружавшие убежище.

Дома Верхнего города были ослепительно белыми под светом Трех Королев и возвышались, как обрыв, над разноцветными кровлями. Бесчисленные ряды одинаковых маленьких окошек свидетельствовали о миллиардах комнат, находившихся за этим бледным фасадом. За этим зданием скрывались другие: обширный комплекс жилищ, коттеджей, семинарий, административных учреждений. Публика туда не допускалась. Все это венчал дворец Двенадцати, явно бывший вторым после Цитадели в иерархии Бендсменов.

Эта улица бурлила, как и все остальные. Старк полз, как улитка, не осмеливаясь пробить себе дорогу, опуская голову, как только показывался Бендсмен. Он старался высмотреть убежище в надежде, что сможет пробраться к нему, не привлекая внимания.

Но ему так и не удалось его увидеть.

Раздался низкий звук колокола откуда-то с белых башен. Нежный перезвон маленьких колокольчиков тут же утонул в этом стеклянном звоне, как щебет херувимов покрывается голосом бога.

Это и был сигнал, которого ждал город. Во всем Гед Дароде прекратилось бесцельное гулянье и люди поспешили к какой-то определенной цели.

Захваченный человеческой толпой, Старк двинулся вместе с ней. Толпа увлекла его по соседним улицам далеко от убежища, на большую площадь в верхнем конце города. Туда, где портал арки, проходящей через белый обрыв с бесчисленными окнами возвышался надо всем. Портал заканчивался туннелем, ступени которого терялись в глубине. Над порталом возвышалась платформа, как сцена в театре.

Вы читаете Собаки Скэйта
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×