будет беречь свою «яркую жемчужину», как он любовно называл Розалинду.
Но Киту этого было недостаточно. Он беспокоился о Розалинде, ибо так и не знал, останется она дома или нет. Конюхи привели его лошадь. Он долго проверял подпругу: отчего-то ему было грустно уезжать. В последний раз он оглянулся на дом Кэвендишей.
Розалинда стояла у окна. Он быстро отвернулся, словно его застали за чем-то непристойным, вскочил на лошадь и помчался прочь по песчаной дороге.
Черт все эти дети! Их вмешательство в разговор разозлило его. «Так они учатся дисциплине», сказала Роз. Ну и дисциплина! Его воспитывали по-другому. Правда, если б не появление детей, они могли бы поссориться. Его так разозлило упрямство Роз, но теперь гнев уступил место какому-то иному странному чувству, охватившему Кита, когда девочки целовали его.
Эти поцелуи были приятны, хотя он и чувствовал себя полным идиотом. Почему-то ему была приятна нежность ее сестер. Более того, он чего-то хотел от самой Роз. Но и не внезапного признания, столь удивившего его. С другой стороны, Кит не мог представить себе, чтобы она вела себя как другие женщины, хотевшие его, отчаянно кокетничавшие с ним и сразу ложившиеся к нему в постель… Нет, он не этого хотел! Но, Боже небесный, и она ведь может быть ласковее!
Она знает о его подземном ходе! Она знает о тайной каморке! Она знает о его маске и о ночных похождениях. И она знает его интимные желания. Он доверил этой девушке свою жизнь и теперь ждал от нее слова – хоть какого-нибудь слова… И не дождался. Ни одного нежного слова, как от других женщин. А если бы?… Что тогда? Неужели бы он потом и ее бросил, как других?
Кит покачал головой. Нет, она дочь респектабельного торговца, поэтому между ними ничего быть не может. И, повернув лошадь в сторону Лондона, он решил, что лучше все оставить как есть.
Глава 14
Розалинда отошла от окна. Ей хотелось и ругаться, и смеяться. Черт, до чего же граф любит приказывать! Он велел ей остаться в Лалуорте и отказаться от плавания. Девушка решила, что он ей совсем не нравится. Кит хочет подчинить ее себе, а это уже опасно!
Роз вспомнила его лицо и расхохоталась. Он был такой смешной, когда девочки целовали его. Конечно, Розалинда проучила его, и поделом, нечего быть таким собственником. Она же должна была показать, что ей дорога свобода. Всего десять минут наедине и граф мог склонить ее к чему угодно. Хорошо, что она не стала рисковать и разрешила детям нарушить их беседу.
Далее, сегодня утро шестого дня. С минуты на минуту должен прийти Тренчард. Встреча с графом помогла ей подготовиться. Роз чувствовала себя сильной. Еще два дня – и она будет в море, тогда Тренчард не сможет принудить ее к замужеству. То есть не сможет до ее возвращения, а потом у них будут деньги и уже не понадобится выходить замуж за этого грубияна.
Разглядывая свои туфли, Розалинда опустила глаза и повторила слова, подготовленные для Тренчарда. В дверь позвонили, и она спокойно встала. Но когда Джек открыл дверь, на пороге появился высокий худой человек, весь в пыли и с обожженным солнцем лицом. Гонец протянул Джеку запечатанное письмо.
– Для хозяина, – Джек, поклонившись, отдал ей письмо. – Гонец говорит, из Лондона.
– Джек, отведи его, пожалуйста, на кухню. – Розалинда взяла письмо. – Он пришел издалека, попроси повара угостить его. – Она кивнула усталому гонцу. – И найди маму. Она заплатит гонцу.
Розалинда не стала провожать их на кухню, как полагалось по этикету. Ей не терпелось узнать новости. Она схватила толстое письмо и побежала- в гостиную. Им так нужны хорошие вести из Лондона об их последнем корабле.
Не закрывая двери, Розалинда сломала печать, поставленную главным секретарем компании. Она быстро просмотрела письмо, уронила его на пол и заплакала.
Розалинда не слышала, как пришел Тренчард. Он молча вошел в комнату, поднял упавшее письмо и прочел его.
– Моя бедная Розалинда! Мне так жаль! – Он положил ей руку на плечо.
– Корабль папиной компании… погиб, – рыдала она. – Мы никогда не окупим этот долг. Папины пайщики вложили деньги в этот корабль.
– Да, серьезная беда, – согласился он, присаживаясь на табуретку рядом, и взял ее за руку. – Как там сказано?
– Пираты, – еле слышно ответила Розалинда, вытирая глаза и чувствуя себя совершенно раздавленной.
Она приготовилась к битве с Тренчардом, вооружившись всевозможными аргументами, дабы отговорить его от женитьбы на ней. Но это уже чересчур!
– Какие? – Тренчард взял письмо, поскольку Розалинда не ответила. – Надо же, Морские Бродяги! – Он поднял встревоженные глаза. – Ужасно, Розалинда, ты должна позволить мне помочь тебе. – Он встал и поднял ее на ноги. – У этих негодяев целый корабль со всеми товарами. Я должен остановить этих плутов, чтобы они не причинили тебе еще большего вреда.
– И для этого я должна выйти за вас замуж? – обреченно спросила она.
Роз не собиралась спрашивать его в лоб, но на пространные рассуждения и вежливые объяснения уже не было сил. Она знала, что Тренчарду нужно.
– Я прощу тебе эту невежливость. – Он ласково гладил ее ладонь своими ручищами. – При условии, что больше это не повторится.
Она безвольно покачала головой. Тренчард видел подвязку. Но это уже не важно. Если даже товары украдены не самим Королем Нищих, его люди все равно в ответе.
Розалинда уныло вздохнула, заметив на Тренчарде его парчовый костюм, который он надевал на бал. Самый нарядный зеленый костюм! Это не случайно. Следующий вопрос подтвердил ее подозрения:
– Ты готова идти в церковь?
– Вы хотите венчаться?
– Моя дорогая, я нисколько не сомневаюсь в том, что мы созданы друг для друга, – мягко сказал он и погладил ее по щеке. – Неужели ты сомневаешься в моей искренности? Я хочу заботиться о тебе, Розалинда. Мы вернемся из церкви, и я сразу пошлю деньги в Лондон для поддержки ваших пайщиков. Иначе они будут очень недовольны, когда узнают о судьбе своего вклада.
Розалинда кивнула, поняв, что другого выхода у нее нет. И дело не только в том, что они должны пайщикам не одну сотню фунтов. Просто человек, которому она верила, обманул ее. Кит со своими пиратами ограбил их корабль, возможно, даже не зная, что это корабль ее отца. А графу и дела до этого нет. Он казался Розалинде честным человеком, доверившим ей свою тайну. Теперь же она знала, что это неправда, что он грабитель. Вот почему Кит хотел, чтобы она осталась дома и не мешала ему подло грабить ни в чем не повинных людей.
А Тренчард знает о ее побеге из дома, чтобы среди ночи предупредить этого дьявола, и по-прежнему готов принять ее.
– Ты должен обо мне плохо думать.
– Нет, милая. – Он нежно закрыл ее рот свое рукой. – Это уже не важно.
– Я бы хотела сама отвечать за свою торговлю.
– Женщине это не под силу. Я не позволю тебе.
«И правда не позволит», – мрачно подумала она.
– Позволь мне переодеть платье, – безрадостно сказала невеста. – И позови маму и Джонатана. Мы пойдем в церковь.
Она уходила из дома такая расстроенная, что ей было почти все равно. Но Джонатан всю дорогу смотрел на нее так презрительно и осуждающе, что она задумалась. Может быть, ей еще не придется венчаться? Надежды мало, но вдруг?… Джонатан же сказал ей: «Найди другой способ». Что с ней? Неужели же она так глупа, что не может ничего придумать?
И все-таки Розалинда настояла на том, чтобы обеты произносили de verbis futuro, отчего обручение не
