Но Хаккет уже достал два химических стакана и отвинчи(
вал пробку. Похоже, несколько глотков виски улучшили его
настроение.
– Ну, что там тебе приспичило?
– Поль, ты ведь жил в Оксфорде, а сейчас?
– Там остались дети, а мы переехали в Лондон. Почему ты
спрашиваешь?
– Знаком ли ты с нотариусом Роджером Моррисоном?
– Да, конечно, контора «Моррисон и сыновья». Хотя у него
только один сын, да и тот по стопам отца не пошел. А какая
связь?
– По данным местной полиции, сегодня он найден мерт(
вым на дороге.
Хаккет слишком резко поставил стакан - хрупкое стекло
треснуло, и жидкость растеклась по столу. Сэм торопился уб(
рать бумаги, но Поль так и не шелохнулся.
– Вот уж кто должен был умереть в своей постели, так это
Моррисон.
– Что ты имеешь в виду?
– Он жил вдалеке от человеческих страстей: много лет на(
зад умерла его жена; сын, уже взрослый, живет где(то на севе(
ре, и Моррисон знал только работу и дом. Не думаю, что кто(
то видел его в кино, театре или на стадионе. Если он не изме(
нил привычке, единственным увлечением покойного были
шахматы.
– Как думаешь, у него были враги?
– Сам знаешь, враги могут быть и у честных людей, и у
проходимцев. У Моррисона была отличная репутация. Даже
не знаю, что тебе ответить. Как это произошло?
– Его нашли возле дома адвоката Вольского. Других под(
робностей я пока не знаю.
– Не завидую я тебе, Сэм. Хочешь, чтобы я провел экспер(
тизу?…
– Сожалею, Поль, но другого выхода нет. Тело доставят
через час(полтора.
Возвращаясь к себе в кабинет, комиссар думал о том, что
Полю еще предстоит узнать о смерти Давида Вольского; но
лучше не сейчас и не от него.
В кабинете комиссара Смита было накурено, как в хоро(
шем портовом пабе. Косые потоки дождя не позволяли от(
крыть окна, и Сэм, как и многие бросившие курить, с трудом
переносил запах сигаретного дыма: это раздражало, мешало
сосредоточиться на информации, исходящей от сержанта
Роберта Гофмана.
– Как вам уже сообщили, сигнал о происшествии посту(
пил в двадцать часов семнадцать минут из телефона(автома(
та; звонивший мужчина не назвал себя. Тело Роберта Мор(
рисона было найдено в пятнадцати метрах от въезда на вил(
лу адвоката Давида Вольского; чуть далее, в двадцати метрах,
стояла его машина. По результатам первичного осмотра
смерть наступила от удара тяжелым предметом в затылоч(
ную часть головы.
Сержант говорил взволнованно, с придыханием; Сэм уже
был информирован, что молодой человек переведен в долж(
ность только три месяца назад и сейчас заметно нервничает,
докладывая двум маститым комиссарам.
– Из опроса, проведенного в доме адвоката, установлено, что
Моррисон выехал в Оксфорд не позднее восемнадцати ноль(
ноль. То есть, мы знаем ориентировочное время убийства.
Сэм мог представить себе состояние молодого сержанта.
– Роберт, возьми(ка стул, сядь поближе к нам и ответь на
несколько вопросов. Попозже я внимательно прочту твой ра(
порт, а пока, чтобы сэкономить время, скажи: кроме раны на
затылке обнаружены другие повреждения, следы борьбы?
– Да, сэр. На лице имеется глубокий порез, но без следов
крови - вероятно, из(за дождя.
– В какой позе лежало тело?
– На спине. Но, что важно, сэр, - плащ и пиджак были
расстегнуты, а карманы выворочены и пусты.
– Вокруг обнаружены какие(нибудь следы?
– Невозможно, сэр! Возле асфальта насыпана галька; вна(
чале мелкая, а дальше более крупная.
– Найдены посторонние предметы, особенно тяжелые?
– Нет, сэр, ничего существенного. Но утром, при дневном
свете, мы проверим еще раз.
– Машина была в исправности?
– Да, сэр. Двигатель в порядке, повреждения корпуса не
замечены.
– Скажи, сержант, не обратил ли ты внимание на темпера(
туру двигателя - он был горячий или холодный?
– Обратил, сэр: мотор был абсолютно холодный. - На лице
сержанта проскользнула явная гордость за свою догадливость,
и то, что это оценят два комиссара. Ободренный таким раз(
витием событий, он рискнул сделать новое предположение:
– Я думаю, сэр, что последним покинул автомобиль не
Моррисон.
