Как я смогу им всё объяснить? Что я не могу позволить себе быть рядом с ним.
Это было слишком рисковано.
— Я понимаю о чём ты говоришь, — сказала Джорджия.
— Ты просто боишься кого-нибудь снова полюбить.
Вдруг они тоже исчезнут.
Я положила голову Мами на плечо и вздохнула, — Всё очень сложно.
Приглаживая мои волосы рукой, и поцеловав меня в макушку, она спокойно ответила, — Это всегда сложно.
Я купила груду романов на английском в книжном магазине, а теперь они нашли прибежище в темной пещере моей спальни, сказала Мами, — пока я была все выходные в зимней спячке.
Она всё поняла и после того, как оставила блюдо с водой, чаем, фруктами и разными видами сыров и печенья на моем туалетном столике, оставила меня в покое.
Я провела оставшуюся часть дня погрузившись в чужую историю.
В редкие мгновения, когда я откладывала книгу, моя собственная боль возвращалась и обжигающи ранила.
У меня было такое ощущение, что я являюсь мишенью циркового метателя ножей.
Если я не о чем не думала, то могла избежать поражения лезвием, пролетавших со свистом в моей голове.
Время от времени я проваливалась в сон, но тут же просыпалась, от мучительных снов, которые в мгновение растворялись, не оставив и следа.
Я не могла не оглядываться иногда, интересно, вдруг я увидела бы Винсента, притаившегося в тени.
Приходил ли он посмотреть на меня, когда был порящим? — думала я.
Я знала он мог парить вокруг моей комнаты при всех.
А может нет.
Может для него, это был как раз тот случай, когда «с глаз долой из сердца вон» и мой выплеск эмоции был достаточно эффектным, чтобы остановить его от попыток увидеть меня снова.
Именно этого я хочу, — говорила я себе.
Разве нет?
Если я позволю себе думать, это будет конец.
Так что я отключила мозг, и отдала бразды правления телу, без вмешательства разума.
В целом казалось, что я справилась с поставленной задачей.
Я не могла жить без него.
Я была замкнутой.
Самонадеянной.
Может быть я не была счастлива, но я не была печальной.
Я была просто.
.
.
Здесь.
Школа была долгожданным облегчением.
Она помогла, дни протекали в немом однообразии.
Наконец, вернувшись однажды домой, я поняла прошло уже почти две недели, как я ушла от Винсента.
Мне казалось, что прошли месяцы.
Я уже поздравлял себя за завершить марафон, хотя я едва миновала стартовую линию.
Как-то, поднявшись по лестнице метро на своей улице, я была удивлена, увидев знакомую фигуру, прислонившиюся неподалеку к телефонной будке.
Это была Шарлотта.
когда она увидела меня ее красивое лицо просветлело.
— Кейт! — крикнула она, подпрыгнув и наклоняясь, чтобы поцеловать меня в обе щеки.
— Шарлотта.
— Какой сюрприз! — я улыбнулась, с любопытством осматриваясь вокруг, на случай если с ней еще кто-нибудь был.
— Жду Чарльза.
