Моих былых, о том читают?
Летописец:
- Н-не думаю…Пока что ты
Все делал право и достойно.
И, эти исписав листы,
Я чувствовал себя спокойно…
Мономах:
- А коль что сделаю не так,
Переписать потом ты сможешь?
Летописец:
- Нет.
Мономах:
- А велю?
Летописец:
- Нельзя никак!
Мономах:
- Так значит, просто уничтожишь?
Летописец:
- Нет, княже, нет – я не могу!
Да и что сделал ты худого
Ты - милость даже ко врагу
Оказывавший, право слово?
Мономах:
- Ну, скажем, людям не помог,
Иль злом за зло воздал сторицей…
Летописец
(качая головой):
- То может вычеркнуть лишь Бог,
По милости Своей велицей!
Мономах:
- Ни изменить, ни даже сжечь,
Что в жизни сделал я беспечно…
Ну, хорошо – дела. А речь?
Мои слова?
Летописец
(жестко, отрезая):
- И то навечно!
Мономах
(с сожалением, разводя руками):
- Потом продолжим разговор!
Видать, пора для дел настала –
Пришел с докладом Ратибор…
Мономах:
- Ты? Почему не спишь?
Гита
