прозорлива. Умеешь разбираться в людях. Я видела, как Алекс выполнял свои упражнения. И прыгает парень высоко и бьет сильно. Но вот воинской, благородной крови в нем нет совсем.
- Почему? - удивленно и разочарованно протянула девушка.
- Ни один благородный человек не возьмется стирать женское белье!
- Но...- попыталась возразить Сайо, однако хозяйка, не обращая внимания, продолжила свою мысль
- И не один воин не прикоснется к ночному горшку, госпожа! Если рядом есть простолюдин!
- Алекс же ничего не помнит! - повысила голос девушка. - Он потерял память!
- Может когда-то и потерял, - не стала спорить Нянька. - Да только нашел давно! Поверь, госпожа, я с театром шесть лет ездила, правду от игры отличить сумею. Он или все вспомнил, или очень многое. Да только хвалиться ему, видимо не чем, а то бы давно рассказал. Благородный человек лишнего дня в слугах не проходит. Да ты это и сама знаешь, госпожа.
Она собиралась продолжить, но тут со стороны печки послышалось рассерженное шипение.
-Ох! - всплеснула руками хозяйка. - Рыбу же пора запускать!
Сайо поморщилась. За эти дни рыбный суп успел ей порядком надоесть. Пришел Алекс и принес свежую охапку дров. Ни девушка, ни хозяйка больше к этому разговору не возвращались
Весь день Сайо размышляла над словами старухи. Особенно неприятной казалась мысль о том, что Алекс помнит, но скрывает от нее свое прошлое. Неужели он действительно что-то вспомнил? На ум пришла странная фраза молодого человека: 'Когда-нибудь, я тебе расскажу. Если ты на самом деле захочешь, чтобы я стал твоим мужчиной'. Тогда, она обратила внимание лишь на последние слова. Сейчас же Сайо сильно подозревала, что Нянька права и парень ее попросту обманывает.
Тогда, получается, что старуха права и во всем остальном? Действительно, не может благородный человек стирать женские тряпки и притрагиваться к поганому ведру! Алекс должен был не унижать себя позорными занятиями, а заставить старуху сделать эту работу. Тут же услужливая память припомнила и другие странности в его поведении. Недостойная мужчины привязанность к кошке. Подчеркнутое игнорирование женщин. А ведь многие были готовы оказать ему самое горячее внимание. Но, кажется, удалось это только Цие. Ведь именно ей парень сам делал прическу. Да и то, парень уж слишком равнодушно отнесся к ее замужеству.
Но Алекс же ей нравиться. Очень нравиться! И даже больше чем нравиться. Что же делать, подскажи о Вечное Небо!
Сайо не спала. Давно уже похрапывала на теплой печке старуха, внесшая в ее душу столько сумятицы, ровно дышал Алекс, то и дело почесываясь. Изголодавшиеся блохи никак не могли насытиться. Хотя кашель уже отступил и ослабленному организму требовался отдых, девушка никак не могла заснуть. Пытаясь привести мысли в порядок, найти какую-то опору, она все больше и больше запутывалась, словно погружалась в липкую, противно вязкую трясину.
Глава III
Передышка
Странное дело: о том, что хорошо, о днях, которые провел приятно, рассказывается скоро, и слушать про них не так уж интересно. А вот про то, что неприятно, что вызывает страх или отвращение, рассказы получаются долгими и захватывающими.
Модово пошатывался от усталости, тем не менее, раздраженный Чубсо так и не предложил ему присесть. Расхаживая по комнате, он бросал на несчастного писаря гневные взгляды, ноздри большого носа грозно раздувались. Немой слуга, прижавшись к стене, медленно пробирался к ширме, стараясь убраться с глаз господина.
- Я проехал до Тоторо-фами, - продолжал Модово. - Нигде никаких следов Сайо. За последние десять дней по дороге на Софед не прошел ни воинские отряды, ни караваны купцов. Но, когда я возвращался в Канаго-сегу, мне попались соратники барона Охло и рассказали о двух беглых, которых они загнали в болото.
- Двоих? - переспросил старший дознаватель, остановившись.
- Молодого мужчину и беременную женщину, - ответил писарь.
Чубсо раздраженно фыркнул и опять заходил по комнате.
- Сайо не беременна! Во всяком случае, это было еще не заметно.
- Я провел расследование, мой господин, - быстро заговорил Модово. - Воины барона встретили их у деревеньки Чур-но-Охло.
- Не слышал, - покачал головой чиновник. - Где это?
- Она маленькая, всего четыре или пять домов, в пол ли от дороги на Софеда, - стал объяснять писарь. - Я допросил крестьянина, у которого эти двое остановились. По приметам, женщина очень похожа на Сайо.
- Чем похожа?
- Телосложением и цветом глаз, - пояснил Модово. - И еще она называла себя Юми, а мужчину Алом.
- Совпадение, - чуть помедлив, проговорил старший дознаватель, но ходить перестал. Присев за стол, он кивнул на табурет.
- Садись, рассказывай.
