Напоминать мне не к чему:
Наслушается бранных слов не меньше он,
Чем Клиний от Деметрия наслушался.
(Уходит.)
Никобул
Да, этот раб похож на глаз гноящийся:
Как нет его — не станешь тосковать по нем,
А есть — нельзя не тронуть, не удержишься.
Не окажись сейчас он тут по случаю,
С женой своею воин захватил бы мне
Сынка, как любодея, и прикончил бы.
На эти двести золотых, что воину
Обещаны, купил как будто сына я.
920 Но не отдам я денег этих без толку,
Сперва увижусь с сыном: никогда ни в чем
Хрисалу не поверю необдуманно,
Письмо перечитаю это снова я.
Письму с печатью верить — дело верное.
(Уходит.)
Хрисал, потом Никобул.
Хрисал
Атриды-братья [209] подвигом великим воспрославлены:
Приамов град, Пергам, рукой божественной воздвигнутый,
Забрали на десятый год войсками и оружием,
С воителями славными, с конями, с флотом тысячным!
Но мелочь это перед тем, как я сражу хозяина -
930 Без флота и без пеших войск, без воинов бесчисленных.
Но прежде чем придет старик, оплачем судьбы города:
О Троя! О Пергам родной! О старец, ты, Приам, погиб!
Утратишь жалким образом четыре сотни золотом
Письмо несу с собой я, печатью запечатано:
Но это не письмо совсем [210] — ахейский деревяный конь,
Эпеем [211]- Пистоклер, он дал письмо, а Мнесилох — Синон. [212]
Лежит не на Ахилловой могиле, а на ложе он
С Вакхидою. Синон имел огонь с собой, чтоб знак подать.
940 Тот сам в огне. А я Улисс [213] — моим советом сделано.
А здесь вот у меня в письме, в конце вот этом, — воины,
С оружием и храбрые: пока удачно дело шло.
И не на крепость — на сундук конь этот натиск сделает,
Разрушит, сгубит — выманит он деньги стариковские.
Глупцу, конечно, старому я имя Илиона дам,
А воин — Менелай, а я — Агамемнон иль тож Улисс,
А Мнесилох — то Александр, [214] деньгам отцовским гибельный:
Увез Елену, оттого я осаждаю Илион.
Улисс, насколько слышал я, хитер был, как и я, и смел.
950 Я пойман был на хитростях, он нищим чуть не сгиб, когда
О судьбах Трои сведывал; и хитростью же он ушел.
Гибельных три предсказанья рок назначил Илиону:
То — Палладия пропажа [215] из Кремля и смерть Троила,
Третье — верхнего порога врат Фригийских [216] разрушенье.
Сходные же три судьбы и Илиону нашему:
Во-первых, старику еще сначала я налгал тогда
О друге, лодке, золоте: тут я похитил статую.
Еще два оставалися: не взял тогда я города.
960 Письмо потом отнес ему: тут умертвил Троила я.
Когда ж подумал он, что сын сидит с женою воина,
Тут еле-еле спасся я, — опасность с тою сходная,
Когда Улисс, Еленою, как говорят, опознанный,
Гекубе предан ею был: [217] как он тогда сумел спастись
И лестью их склонил себя на волю отпустить — так я
Беды избегнул хитростью и старца обмануть сумел.
Потом с хвастливым воином, что словом города берет,
Сразился и отбил врага, со старцем начал бой потом,
Одною ложью победил, одним ударом сразу взял
Добычу: двести золотых теперь отдаст он воину,
97 °Самим же им обещанных.
Другие двести надобны: истратим, взявши Илион,
Их на вино медовое, чтоб воинам триумф справлять. [218]
А много выше наш Приам, чем тот: не пятьдесят сынов
Имеет, [219] а четыреста, отборных все, без пятнышка.
Сегодня смерти их предам — и всех двумя ударами.
Продам Приама нашего, когда найдется покупщик,
В продажу он пойдет гуртом с другими, [220] лишь бы город взять.
А, вот Приам у двери там стоит. Поговорю пойду.
Никобул
Чей тут голос слышен близко?
Хрисал
Никобул, эй!
Никобул
Как дела?
98 °C порученьем как? Что сделал?
Хрисал
Да о чем тут спрашивать?
Подойди.
Никобул
Я здесь.
Хрисал
Оратор превосходный я. До слез
Я довел его журьбою и словами бранными,
Всякими, какие только в голову пришли.
Никобул
Что ж он?
Хрисал
Ни словечка. Со слезами молча слушал речь мою,
Молча написал письмо вот, запечатал, мне вручил,
Чтоб тебе отдать. Не то же ль тут, что в первом, я боюсь.
Погляди печать. Его ли?
