В следующий раз прихожу в сознание все там же на полу, причем в довольно неудобной позе. Похоже, я как упал, так меня никто и не трогал. Это странно. Открывать глаза не спешу — еще не понятно, куда я попал. Доски пола теплые и шершавые, левое плечо холодит какая-то более грубая поверхность. Каменная тумба? Похоже. Я обнажен по пояс и, кажется, перевязан. Звуки. Ничего особенного. Жужжание какого-то насекомого, приглушенный голос где-то вдалеке (за стенами дома?), слов не разобрать. Рядом кто-то стоит. Чуть слышное дыхание с легкой хрипотцой, поскрипывание досок, когда он переступает с ноги на ногу. Стоит уже, похоже, давно, но не подходит. Сквозь запах трав и еще чего-то незнакомого пробивается знакомый аромат. Такими притираниями пользуется… Открываю глаза.
— О, действительно очнулся! — Элеандор стоит у входа, прислонившись спиной к косяку, и улыбается.
Жив и, кажется, даже здоров.
— Ты как, уже в состоянии соображать? На людей бросаться не будешь?
— С чего бы? — буркаю я, поднимаясь.
— Да кто тебя знает.
Некоторое время лучник внимательно меня изучает, а затем выносит вердикт:
— Паршиво выглядишь.
— Неудивительно. Странно, что я вообще жив, — присаживаюсь на каменную тумбу, что служила мне кроватью. Выкрошившаяся под форму человеческого тела поверхность наводит на размышления. Теперь я понимаю, почему Эл не решался приблизиться, — что, все очень плохо?
— Не то, чтобы совсем. Красавцем ты никогда не был, — ухмыляется Элли, — но если сравнивать с тем парнем, что выезжал со мной из замка, то сейчас ты больше похож на собственного отца. Или деда.
— Зеркало дай.
— Какое зеркало? Откуда? Вон ведро с водой — смотрись.
— Эл, не пудри мне мозг. Чтобы у тебя не оказалось зеркальца и кучи всяких румян, помад и прочей хрени? Да мне проще тебя без лука представить.
— Лука у меня теперь тоже нет, — мой друг мрачнеет.
Иду к ведру с водой. Помещение, в котором я нахожусь — что-то вроде сарая переделанного в лабораторию. Грубое деревянное строение, несколько полок с какими-то горшочками. Открытый очаг, каменная тумба в центре. Света, проникающего в три широких окна вполне достаточно, чтобы разглядеть свою физиономию на водной глади.
Мда, Эл прав. Исхудавшее лицо пробороздили морщины, складки у рта стали резче. Аккуратную эспаньолку заменила щетина как минимум недельной давности. Грязные седые волосы у правого виска выстрижены. Пальцы нащупывают рубец шрама. Да уж, отражению в воде лет сорок-пятьдесят. Причем очень непростой жизни. Это точно я? И в каких же холмах я спал все это время?
— Где мы? И что произошло? — поднимаю я взгляд на Эла.
Тот отвлекается от разглядывания чего-то интересного за дверью и делает торжественное лицо.
— Даркин, позволь представить тебе нашу спасительницу и гостеприимную хозяйку, метрессу Софию!
Прах и пепел! Так не бывает! Видимо, последняя мысль достаточно явно отразилась на моем лице.
— А представьте, как я удивилась, когда это черное чудовище скинуло мне под ноги утыканное стрелами тело моего благодетеля! — улыбнулась вошедшая девушка.
— Это не чудовище, это дайхор! — из-за спины Софии появилась невысокая девушка на вид лет шестнадцати-восемнадцати в как-то криво сидящем на ней зеленом платье, — и мэтр отдаст его мне!
— ……?! — Честное слово, само вырвалось от неожиданности. Чуть подумав, переформулировал вопрос на даркаане. Девушка почему-то использовала именно этот язык, — Почему юная леди думает, что я отдам ей своего коня? Пусть он хоть трижды не пойми кто?
— Потому что он специально выведен для рахуден. И меня не интересует твое мнение! Я его сейчас просто заберу!
Мелькнули темно-рыжие волосы и наглая малолетка исчезла.
София, кажется, была смущена поведением своей спутницы. Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут на улице раздался визг, затем злобное ржание и топот, а потом звук удара.
Эл и целительница переглянулись и рванули на улицу. Я за ними. Вот только рвануть не получилось — тело было словно чужим. В голове тоже полная пустота и ощущение нереальности. Словно это кто-то другой, слегка раскачиваясь, дерганой походкой идет к выходу. Когда же я все же выбрался на улицу, моими глазами предстало чудное зрелище: На крыше какой-то сараюшки, не то конюшни не то хлева сидит растрепанное зеленоглазое чудо в разорванном по подолу платье, а вокруг строения по двору носится Кошмар, злобно поглядывая на свою жертву и периодически пытаясь свалить хозяйственную постройку мощными ударами копыт. Эл и София вжались в стену дома, не решаясь вмешаться. Секунд пять я наблюдал за этой замечательной картиной, а потом тихонько свистнул.
Конь остановился на середине движения, а затем в один прыжок оказался рядом. Обняв его руками за шею, я уткнулся лицом в черную гриву, посылая животному волны нежности. Я действительно рад был видеть это странное существо.
— Попытка приручения не удалась? — раздался рядом ехидный голос Элеандора.
— Это какой-то неправильный дайхор! — донеслось с крыши.
— И он дает неправильный мед, — пробормотал я себе под нос, продолжая успокаивающе поглаживать Кошмара, который нервно встрепенулся.
— Слезай уже! Не тронет тебя конь, мэтр его держит, — недовольно крикнула София, — Геквертиш! Что ты сделала с платьем?!
— Мэтр дайхора не держит, он на нем висит.
И вовсе нет. Кошмарик каким-то образом поделился со мной энергией, и теперь я стою на ногах вполне уверенно.
— Я тебя про платье спрашиваю!
— А что платье? Ты пробовала в этом идиотском платье по крышам скакать? — голос у девушки был все же виноватый, — и вообще, почему я должна таскать эти дурацкие тряпки?
— Потому что твои тряпки постесняется одеть даже портовая шлюха! И вообще они в стирке. Но больше я для тебя одежду выпрашивать не буду! — разбушевалась София.
Когда рыжеволосая спрыгнула на землю, я понял причину гнева — юбка была практически полностью оторвана, причем выше колена. Гораздо выше, так что я мог оценить изящность босых ножек. Что ничуть не улучшило моего отношения к этой захватчице. Ну, почти.
— Мэтресса, София…
— Софья.
— Что? — удивился я.
— Правильно имя произносится как Софья.
— Ага. Тогда Софья, может быть, вы объясните, что произошло и где я нахожусь?
— Находитесь вы на территории Мангейма. Деревенька называется Ключи. Мы с Тин собирали травы неподалеку, когда на нас выскочили два коня, и ваша утыканная стрелами тушка свалилась мне под ноги. Мастеру Элеандору-то я помогла. Ему здорово повезло — стрела только слегка задела легкое, а вторая вообще только чиркнула, а вот с вами было хуже.
— Особенно если учесть, что магия на меня не действует.
— Вот-вот. Мэтр, вы вообще человек? Одна стрела пробила вам легкое и вышла из груди, переломав несколько ребер, а вторая разорвала печень! Еще одна засела в левом боку. Мэтр, человек не может выжить с такими ранениями!
— Да? А я что сделал?
— Вы впали в какое-то странное состояние. Будто зависли между жизнью и смертью, где и провели более декады. О таком я вообще впервые слышу. Вот мне и интересно — что же вы такое? Как целителю.