- Нет! На водку он даже смотреть не может. Но теперь все время что-то пытается вспомнить, кому-то грозит и что-то непременно обещает доказать. А у него ведь ружье… Вот мы и сидели по очереди с ним. Сначала Ванька, потом – я. Теперь мамка пришла, и они работают на огороде. Как когда-то, в самые лучшие дни…
Лена с горечью улыбнулась и вдруг со страхом посмотрела на Стаса:
- Слушай, я теперь даже не знаю, что будет, если папка вспомнит о той проклятой бумажке!
- Какой еще бумажке? – не понял Стас.
- Которую он тогда спьяну подписал – что наш лес с рощами, дубравами и корабельными соснами – ни на что не пригоден…
- А зачем ждать, чтоб он вспомнил? Надо ехать в лесничество, в район, область, в Москву, наконец! – горячась, принялся предлагать Стас.
Лена с легким упреком взглянула на него:
- Ты забыл, с кем мы имеем дело, - напомнила она и вздохнула. – К тому же эта бумага не где-то в инстанциях, а у Будтобычацкого в папке.
- Той самой желтой?
- Ага, ядовито-желтой… - желчно поправила Лена и призналась: - Смотреть на нее не могу! Ведь там – все досье на нашу Покровку…
- Ну так значит, надо выкрасть из него эту бумагу!
- Как?
- Пока что и сам не знаю… Не имею, как говорит Владимир Всеволодович, всей информации на сей счет. Кто хоть к ней доступ имеет?
- А никто! Он ее из рук никогда не выпускает, а в машину только охранников пускает да дочь Соколова.
- А этой за что такая честь?
- О! У него на нее, разумеется, свои далеко идущие планы! Всякое желание исполнить готов…
- Всякое, говоришь? – задумчиво переспросил Стас. – А она?
- Что она… Эта особа – еще та! Учится где-то в Англии или Америке, иногда приезжает сюда отдохнуть, но с нами почти не общается. Ванька попытался однажды с ней ближе познакомиться, но ему сразу дали понять – всяк сверчок знай свой шесток. Только, я думаю, все это у нее от богатства отца… А как человек она, вроде бы, ничего.
- Ну так значит, надо ей все рассказать, объяснить, и если она действительно, как ты говоришь, человек – то поймет и поможет!
- А как ты это собираешься сделать?
- Как-как… Где ее можно увидеть? – Стас подошел к зеркалу и пригладил взъерошенные волосы.
- В коттеджах! – заметив это, язвительно отозвалась Лена. – Но нас, Покровских, туда не пускают. Ну и еще, - сникая под взглядом обернувшегося Стаса, припомнив, добавила: – В храме, на дискотеке…
- В храме разговаривать – грех! – сразу отмел первое Стас. - А вот что касается дискотеки… Когда там у вас ближайшая?
- Сегодня…
- Вот сегодня, мы на нее и пойдем! – не долго думая, принял решение Стас.
- И когда выходим? – с готовностью уточнила Лена.
Стас с недоумением посмотрел на нее:
- Что это значит когда?
- Но ведь ты же сам сказал - мы!.. – чуть слышно пробормотала та.
- Правильно, - подтвердил Стас. – Но это еще не означает, что я обязательно должен идти с тобой. Пойдем мы с Ванькой.
- А я?.. – округлила и без того свои большие глаза Лена.
- А ты вырасти сначала!
- Я и так уже чуть выше мамы! – Лена незаметно приподнялась на цыпочках и громко, с нескрываемым вызовом заявила: - И вообще, если ты хорошо изучил историю древней Руси, то должен знать, что в моем возрасте давно уже выдавали замуж!
- В древней Руси в три года вообще впервые сажали на коня, а в тринадцать лет становились князьями, как, например, Мономах и даже участвовали в битвах! Раньше все по-другому было!
