В городе М. Очерки социальной повседневности советской провинции в 40-50-х гг.

журналиста «фашиствующим молодчиком»², Подлин­ные чувства к доносчикам Хмелевский сумел прямо выразить в деле А. Н. Руденко.

В сентябре 1947 г. решением Министерства просвещения РСФСР в молотовский пединститут на кафедру русской литера­туры была переведена из Ульяновска Анна Николаевна Руденко. Если верить документам, написанным ее недоброжелателями, эта уже немолодая женщина была сведущим преподавателем, знаю­

103

щим толк в языкознании. Во всяком случае, она на дух не прини­мала печатавшиеся тогда благоглупости в духе покойного акаде­мика Марра, отрицающие принадлежность коми-пермяков к угро-финской языковой группе. Работай она на кафедре в иную, более вегетарианскую эпоху, заслужила бы репутацию вздорной исте­ричной дамы: дело знает, но совершенно невыносима в профессио­нальном общении — без устали проверяет нагрузку, подозревает заведующего в тайных кознях и профессиональной некомпетент­ности, чуть что жалуется по начальству и бегает на консультацию к юристам, любую критику воспринимает как личное оскорбление и постоянно борется за справедливость. В сталинское время Анна Николаевна без устали разоблачала врагов народа: в Новгороде, в Саранске, в Ульяновске. Делала она это яростно, самозабвенно и всегда театрально. Дважды в знак протеста сдавала партбилет. Перед авторитетами не робела. В заявлении, отправленном в Ко­миссию партийного контроля при ЦК ВКП(б), осыпала