В городе М. Очерки социальной повседневности советской провинции в 40-50-х гг.

ВКП(б). При проверке установлено, что обвинения указанных руководителей в антипартийной и антисовет­ской деятельности являются клеветническими»³.

Слово было произнесено. Потом Михаилу Данилкину приказали учиться в областной партийной школе. Нервы у него сдали, и он стал писать и отправлять по важным адресам — в ЦК, товарищу Стали­ну (копия в МГБ), в Союз писателей тов. А. А. Фадееву совсем уже крамольные тексты: «...В каждом городе процветает казнокрадство, взяточничество; спивается масса бывших фронтовиков, защитников Отечества, сокрушивших тиранию Гитлера — из них прибывают все новые и новые пополнения в тюрьмы и лагеря...»⁴.

¹ «Я — продукт Советской власти и, если хотите знать, ее гордость. Считайте меня, кем хотите, но я знаю себе цену». Данилкин — Прасс Ф. М. 27.04.1950//ГОПАПО. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 36.

² Данилкин - Прасс Ф. М. 29.04.1950//ГОПАПО. Ф. 105. Оп. 14. Д. 176. Л. 10-16.

175

Сталин не ответил. Прокуратура выписала ордер на арест. До это­го партийные товарищи на заседании бюро обкома выскажут Данил-кину все, что они о нем думали раньше, с удовольствием обругают троцкистским охвостьем, космополитом, нигилистом, беспробудной бездарностью, беспросветным невеждой и лодырем, а потом исклю­чат из партии и отдадут на расправу органам МГБ¹.

Михаил Данилкин все еще надеялся, что его поймут, или хотя бы