по новейшей истории была закрыта. А получить командировку для работы в британских архивах вообще невозможно»2.
По архивным материалам очень трудно восстановить события, предшествующие увольнению. Не сохранились документы, принадлежащие перу Л. Е. Кертмана. По официальным ответам министерства, по справкам, выданным партийными инстанциями, можно в самых общих чертах представить содержание его запросов, последовательность действий. Лев Кертман не состоял в партии и потому не имел возможности отстаивать свои взгляды на протоколируемых собраниях. Он не был и членом Ученого совета Молотовского университета. Его туда изредка приглашали. В оставшихся от того времени документах Л. Е. Кертман, по преимуществу, молчит. Говорят его гонители. Их позиция изложена пространно и разноголосо. Тексты, оставшиеся от Ф. Горового, Г. Дедова, К. Мочалова, П. Хитрова — вот основные источники, по которым можно составить представление о сути конфликта. Позиция Л. Е. Кертмана представлена в них косноязычно — в полном соответствии с интеллектуальными возможностями критиков, настроенных к тому же весьма по-боевому и твердо знающих про партийность истины. Историческое изображение, опирающееся на источники такого рода, не может быть ни полным, ни точным. Помня об этом, постараемся все-таки ответить на вопрос, почему был уволен Л. Е. Кертман.
Он был принят на работу в Молотовский университет доцентом с окладом 2800 рублей 1 сентября 1949 г.
