Unknown

горевшее место, то на другое. В эффективность кремов Тома не ве-

рила, но, глядя на Ольгу, пыталась повторить всё то, что делала или

могла бы сделать ее многоопытная подруга со своим телом.

Загар шел быстро и коварно обжигал незащищенные места те-

ла. Летнее солнце на Кавказе палит беспощадно и долго-долго, од-

нако оно не идет ни в какое сравнение с африканским или, напри-

мер, с центрально-американским солнцем, где лето длится 365 дней

в году и где человек загорает даже в тени.

Кира всё время смотрела в синюю морскую даль, ожидая не то

яхты, не то лодки с пропавшими куда-то мужчинами. Она не могла

скрыть своей тревоги, накатывавшей то и дело с такой силой, что

глаза вдруг начинали слезиться и личико становилось таким кисло-

неказистым, что уже только при виде страдающей Киры возникало

непреодолимое желание поплакать с ней вместе.

Женщины ждали и страдали по-своему, вместе и отдельно.

Минуты переходили в часы, затем в дни, …

*****

365

У каждого человека есть тайна. Тай-

ны бывают обычными и очень большими. Я

ещё ни разу не видел очень большой тайны,

и ни разу не видал человека с большой тай-

ной, как, впрочем, и беременного таракана

или изнасилованного глиста. А вот женщин

с большой попой – очень много!

Откровения Петровича – слесаря-

сантехника, друга З. Исламбекова

От греха и от судьбы не уйти!

Первым к себе в участок зашел Саварджабдак. По всей

видимости, он многое в жизни повидал и всегда был готов к ударам

судьбы. Но то, что он увидел, его повергло в ужас. В углу камеры

валялся с окровавленной голой задницей громко стенавший и то и

дело жалобно всхлипывавший Садык. Он правой рукой пытался

сжать свои ягодицы, а левой рукой вытирал слезы, гладил себя по

лицу, трогал живот, хватался то за левый бок, то за правый. При

этом тело его было согнуто, если не сказать, скрючено. Медленно

раскачиваясь из стороны в сторону, бедолага совершал какой-то

непонятный обряд, целью которого было, вероятнее всего, облегче-

ние. Страдал Садык так сильно, что один только его несчастный

вид мог свести с ума любого слабонервного.

А тем временем Мустафа по второму или третьему разику на-

силовал волосатого Аракела, лицо которого было разбито в кровь.

Болезный лишь пытался всякий раз сделать так, чтобы Мустафа не

мог получить максимального удовольствия. Однако турок был на-

стойчивым и изобретательным. Его стальная хватка и упорство

вкупе с сексуальным голодом творили чудеса. Аракел держался ру-

ками за прутья решетчатой двери, а Мустафа умело заправлял в

задницу свой обрубок. Можно было бы долго описывать этот кош-

мар, поскольку каждый акт длился не менее 20 минут, но читатель

не должен страдать от белиберды лишь только от того, что писа-