Спецслужбы России за 1000 лет

проводилась под контролем руководства ВЧК, вероятно, после ее окончания руководители советского государства решили не рисковать. Вместо латышских стрелков на охрану Кремля заступили курсанты 1-х Московских пулеметных курсов, начальником которых был Л. Г. Александров.

Но эти и другие меры, предпринятые для улучшения охраны Ленина, не учитывали психологических особенностей вождя. Владимир Ильич был динамичным человеком, привыкшим вести достаточно свободный образ жизни. Несомненно, постоянное присутствие охраны его тяготило. Но дело не только в этом. Искусный конспиратор, Ленин, даже став председателем правительства, иногда действовал как нелегал. При проведении конспиративных встреч с доверенными лицами он старался уйти из-под контроля личной охраны. В некоторых воспоминаниях имеются сведения о таких фактах. Возможно, при этом его прикрывал кто-то из доверенных лиц. В повседневной деятельности угроза его безопасности также была реальной. Вечером 6 января 1919 г. в сопровождении М. И. Ульяновой, с шофером Гилем и охранником И. В. Чебановым Ленин выехал в Сокольники. Недалеко от пивного завода Калинкина автомобиль остановили вооруженные «маузерами» бандиты под руководством Я. Кошелькова. Приказ остановиться отдал Ленин, посчитавший эту группу военным патрулем.

Нападавшие резко открыли дверцы машины и, угрожая оружием, заставили пассажиров выйти. Телохранитель не смог оказать сопротивления, так как в момент нападения держал на коленях бидон с молоком. Гиль вспоминал: «Бандиты заметили меня, сидящего за рулем, и потребовали, чтобы я немедленно вышел наружу. Свои требования они подкрепили угрозой револьверами. Было обидно, что я, вооруженный и достаточно сильный, не могу противиться наглым преступникам. Я сознавал одно: жизнью Ленина рисковать нельзя. Один из бандитов сел на мое место, остальные вскочили на подножку машины. Она стремительно сорвалась с места…»[850]. Ленина спасло то, что главарь банды расслышал его фамилию как «Левин». Несколько позже, осознав свою ошибку, он решил вернуться, взять Ленина в заложники и потребовать от властей освобождения из московских тюрем уголовников. Когда машина с бандитами вернулась к зданию районного совета, где, по их предположению, находился вождь, они увидели, что опоздали. У входа в совет уже стояли три автомобиля, из них высаживались бойцы вызванной Гилем из Кремля «группы быстрого реагирования».

Через несколько дней после нападения Кошелькова в Москве ввели особые меры безопасности. В пределах кольцевой железной дороги военные власти, отряды ВЧК и милиции получили приказ без суда расстреливать грабителей, захваченных на месте преступления. Была организована Особая ударная группа Московской чрезвычайной комиссии во главе с начальником Особой группы по борьбе с бандитизмом Ф. Я. Мартыновым[851] и начальником Московского уголовного розыска А. М. Трепаловым[852]. Личную охрану вождя возглавил А. Я. Беленький[853].

Очередная попытка трудящихся взять власть произошла в Германии под руководством «Союза Спартака» в январе 1919 г. Она закончилась неудачей во многом по вине социал-демократов, которые способствовали роспуску Советов рабочих депутатов и разоружению рабочих отрядов. Благодаря этому сторонники правых (монархисты, националисты и др.) сумели консолидировать свои силы. После подавления германских революционных выступлений в Москве было принято решение о созыве международной конференции представителей коммунистических партий.

В конце января Л. Д. Троцкий при участии В. И. Ленина, Н. И. Бухарина и Г. В. Чичерина подготовил обращение «К I съезду Коммунистического интернационала». В разделе «Цели и тактика» в нем говорилось:

«В основе нового интернационала должно лежать, по нашему мнению, признание следующих положений, выставляемых здесь как платформа и выработанных на основе программы „Союза спартаковцев“ в Германии и коммунистической партии (большевиков) в России:

1. Текущая эпоха есть эпоха разложения и краха всей мировой капиталистической системы, которые будут означать и крах европейской культуры вообще, если не будет уничтожен капитализм с его неразрешимыми противоречиями.

2. Задачей пролетариата является теперь немедленный захват государственной власти. Захват же государственной власти состоит в уничтожении государственного аппарата буржуазии и в организации нового, пролетарского, аппарата власти.

3. Этот новый аппарат власти должен воплощать диктатуру рабочего класса (а в некоторых местах и полупролетариата деревни, т. е. крестьянской бедноты), т. е. быть орудием систематического подавления эксплуататорских классов и орудием их экспроприации. Не фальшивая буржуазная демократия – эта лицемерная форма господства финансовой олигархии с ее чисто формальным равенством, а пролетарская демократия с возможностью реализации свободы для трудящихся масс; не парламентаризм, а самоуправление этих масс через их выборные органы; не капиталистическая бюрократия, а органы управления, созданные самими массами при действительном участии этих масс в управлении страной и в социалистическом строительстве, – таков должен быть тип пролетарского государства. Власть Советов или сходных организаций – его конкретная форма.

4. Диктатура пролетариата должна быть рычагом немедленной экспроприации капитала и отмены частной собственности на средства производства с превращением их в общенародную собственность. Социализация (понимая под социализацией отмену частной собственности, передачу в собственность пролетарского государства и в социалистическое управление рабочего класса) крупной промышленности и ее организующих центров – банков, конфискация помещичьих земель и социализация капиталистического сельскохозяйственного производства, монополизация крупной торговли, социализация крупных домов в городах и поместьях, введение рабочего управления и централизация экономических функций в руках органов пролетарской диктатуры – самая существенная задача дня.

5. В целях обеспечения социалистической революции, обороны от внутренних и внешних врагов, помощи другим национальным частям борющегося пролетариата и т. д. необходимо полное разоружение буржуазии и ее агентов и поголовное вооружение пролетариата.

6. Мировая обстановка требует сейчас максимального контакта между различными частями революционного пролетариата и полного блока между теми странами, где социалистическая революция уже победила.

7. Основным методом борьбы являются массовые действия пролетариата вплоть до открытого столкновения с оружием в руках с государственной властью капитала»[854].

Параллельно с организацией Коминтерна зимой – весной 1919 г. военно-политическим руководством Советской России были предприняты первые попытки экспорта революции в Европу. 19 января И. С. Уншлихт представил в ЦК РКП (б) проект создания Революционного военного совета Польши. В проекте отмечалось:

«Польреввоенсов[ет] объединяет всю деятельность, касающуюся поддержки восстания рабочих Польши со стороны Российской республики и проводит свои задачи путем:

1) проведения в надлежащих инстанциях Республики своих предложений о занятии соответствующих стратегическо-политических пунктов в Литве и Белоруссии,

2) формирование польской армейской группы,

3) поддержание связи с военной работой КРПП в Польше и

4) помощь Польше в организации Красной гвардии»[855].

В целях конспирации Реввоенсовет Польши замаскировали под Реввоенсовет Западной стрелковой дивизии. В состав Польреввоенсовета вошли кадры польской социал-демократии левой ориентации, имевшие серьезный опыт нелегальной работы: С. Лазоверт[856], А. Славинский[857] и С. Бродовский [858]. Для создания военного аппарата компартии и Красной гвардии на территорию Польши из советских России и Украины были нелегально направлены военные советники во главе с С. Жбиковским[859]. Координация действий со стороны ЦК РКП (б) по подготовке вооруженного восстания и советизации Польши поручалась Дзержинскому и Уншлихту.

В январе 1919 г. также было создано Центральное бюро болгарских коммунистических групп (ЦБ БКГ) при ЦК РКП (б). 24 февраля руководители ЦБ БКГ Б. Стомоняков[860] и Х. Боев[861] направили в ЦК РКП (б) план работы бюро. Согласно