забрались высоко в горы – таким пронзительно чистым был воздух.

– Удивляюсь я, что деревья здесь еще не вырубили, – заметила Кружевница и сама это явление для себя пояснила: – Наверное, возить далеко, неудобно. Хотя – дорога рядом, отчего ж не возить?

– Ничего святого у бабы. – Ингоз с надеждой на поддержку оглянулся на Перегрина, но тот был погружен в свои мысли.

– А что я такого сказала? – искренне удивилась Сайль.

Ингоз и сам не знал, что напугало его в рассуждениях Кружевницы. Он был карнионцем, а те, в отличие от эрдов, не почитали дубовые рощи. Да и сами-то эрды сотни лет назад покинули свои священные дубравы, а затем и повырубили их. Но все древнее и овеянное легендами внушало Ингозу благоговение. Сайль не то чтоб не была способна на это чувство, но испытала бы его перед каким-нибудь примечательным достижением механики. Казалось бы, Ингоз должен был к этому привыкнуть, ан нет. А Перегрин мог бы снова повторить, что завтрашнее зрелище скажет за себя.

Если б захотел.

Сигвард никогда не видел кошмарных снов. По правде говоря, ему вообще редко что-либо снилось. Но он был готов признать, что зрелище, открывшееся перед ними, вполне могло привидеться в бреду. Видел он прежде мосты и мощные, и величественные – особенно там, где простиралась власть Римской империи. Но никогда прежде ему не приходилось видеть сооружения столь бессмысленного.

Черный мост нависал над ущельем, непристойно зияя прорехой посередине. Впрочем, Перегрин изначально предупреждал, что мост сломан. Но бессмысленность его заключалась не в этом. Мост вел в никуда. Противоположный его конец упирался в скалу. На кой черт тогда было его строить?

Перегрин выдвинулся вперед, словно позабыв о спутниках. Что до них, то Ингоз выглядел еще более подавленным, чем вчера. Лицо Кружевницы выражало крайнюю заинтересованность. Если Перегрин предполагал, что обещанное зрелище заставит ее устыдиться своего неверия, то он просчитался.

– В древности были лучшие инженеры, чем я думала, – сказала она.

Перегрин спешился и направился к мосту. Сигвард последовал его примеру, не сомневаясь, что Сайль поступит так же.

Вблизи мост выглядел еще больше и нелепее, чем издали. Инженером Сигвард не был, но всегда считал, что каменный мост должен держаться на опорах, быках, или как там это называется. Здесь их не было. И парапетов тоже не имелось. Они не были разрушены, а отсутствовали изначально. Поверхность моста была ровна, как язык.

Перегрина это не смутило. Он ступил на эту черную арку и пошел вперед все так же решительно. Полы его длинной одежды развевались на ветру.

Сигвард двигался более осторожно. Но мост был вполне устойчив, и он рискнул вслед за Перегрином подойти к разлому.

Кружевница тоже подошла. Опустилась на колени. Причиной тому был не страх высоты. Она постучала по камню кулаком, провела раскрытой ладонью, разве что на зуб не попробовала.

– Как Воллер и говорил… похоже на вулканическое стекло. Но чтоб в таком количестве? И откуда оно здесь?

– Место исхода Темного Воинства описывается как жерло потухшего вулкана, – невыразительно произнес Перегрин.

На Кружевницу это не произвело впечатления.

– Тогда понятно… хотя никакого вулкана вблизи я не вижу… Эй, а это что такое? – Она оказалась на самом краю разлома. – Смотрите-ка! – Сайль свесилась вниз. Похоже, понятие «головокружение» было ей неизвестно. – Тут же все оплавлено!

Сигвард убедился, что она права. Камни как будто подтаяли от жара невероятной силы.

– Черт возьми, Перегрин, как такое могло быть?

– Здесь действовали силы, неведомые нынешним людям.

– Угу. Применялась зажигательная смесь значительно мощнее тех, что удавалось сделать мне. – В голосе Кружевницы послышалась зависть, потом тон ее стал мечтательным. – По крайней мере, есть на что равняться. – Она легко поднялась на ноги и, балансируя на краю, пристально воззрилась на противоположную сторону. С сожалением произнесла: – Далеко. Не допрыгнуть. Но интересно, интересно… у этих строителей были замечательные инструменты. Обсидиан, знаешь ли, очень плохо поддается обработке.

– А зачем понадобилось строить мост, который упирается в скалу, это тебе не интересно?

Это сооружение, решил Сигвард, заслуживает, чтоб его разрушили.

– Ну… – она пожала плечами.

– Я говорил вам, – сказал Перегрин, – этот мост построен не людьми. И не для людей.

Первая половина фразы не слишком удивила Сигварда. В разных странах могут похвалиться мостами, построенными чертями или троллями, захваченными в плен могучим воином, или по приказу святого отшельника (или – захваченным святым отшельником, который прежде в миру был могучим воином). Но – не для людей? Хотя верно, люди по таким мостам не ходят. Если они в здравом уме, конечно.

– Ладно. – Кружевница развернулась. – Будем работать. Иначе для чего мы сюда тащились?

– Что ты собираешься делать?

– Для начала спущусь, посмотрю. Вот же черт, и закрепить веревку на этом мосту нельзя. Ну да ничего, тут рядом какие-то хилые деревца есть. Кольев понаделаем.

– И то, не возвращаться же в рощу. Я срублю подходящее, а ты готовь, что тебе нужно.

Ингоз сидел на земле. Он один из всей компании так и не вступил на мост – и не выказывал желания сделать это в дальнейшем.

– Что-то мне нехорошо, – проговорил он, когда Сигвард проходил мимо. И, похоже, он не притворялся. На ущелье он взирал так, словно оттуда немедля должны полезть порождения сатанинские, а на мост вовсе старался не смотреть. Что странно – карнионец отнюдь не отличался робостью. А тут у него явно подгибались ноги.

Перегрин, стоя на мосту, наблюдал за действиями Кружевницы. Она извлекала из тюка веревки, молоток и сверло. Ни гранат, ни смесей пока трогать не стала. Оружие, кроме ножа, тоже выложила на землю. Когда Сигвард принес колья, она выбрала место на обрыве, закрепила веревку и обвязалась ею сама. И это тоже было странно. За то время, что Сигвард ее знал, Кружевница выказывала редкостную неуклюжесть. Сейчас же она действовала четко и сноровисто, не допуская ни одного лишнего или неверного движения. Поэтому Сигвард не стал ее останавливать, лишь немного подстраховал, когда Сайль стала спускаться. Она скользнула вниз легко и ловко, словно подобное было ей не в диковинку.

Перегрин наконец соизволил покинуть мост и подошел к Сигварду.

– В последние дни я высказал Сайль немало резкостей, – негромко произнес он. – Но должен признать, что в нашем случае Сайль с ее отсутствием воображения – именно тот человек, который нам нужен.

Вероятно, эту мысль внушил Перегрину Ингоз, от которого сейчас не было никакой пользы. Сигвард вовсе не считал, что Перегрин прав относительно Сайль, но возражать ему не стал. Он смотрел вниз. Некоторое время он различал макушку Сайль, затем она исчезла. Сигвард попытался разглядеть дно ущелья, но не увидел ничего, кроме нагромождения камней. Они казались черными, но не такими, как мост, – возможно, на них просто падала густая тень.

Сайль на дно спуститься бы не смогла – длины веревки не хватит. Но она и не пыталась достичь дна – по крайней мере сейчас. То ли зависла, то ли укрепилась где-то на стене ущелья. Снизу доносился стук молотка, скрежет железа о камень. Длилось это довольно долго. Сигвард уселся на землю, так же как Ингоз, не забывая, впрочем, прислушиваться и присматривать за веревкой. Несколько раз она подозрительно дернулась, потом натянулась.

Он крикнул:

– Эй, ты как? Вытаскивать?

– Нет пока, – голос Сайль был спокоен, что бы она ни вытворяла. – Я осматриваюсь.

– Да сколько можно осматриваться! – в сердцах произнес Перегрин. Но тут же добавил: – Хотя она наверняка делает замеры. Это требует времени. Но ведь скоро стемнеет…

– Вам не хочется ночевать здесь?

Перегрин посмотрел на Сигварда искоса.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату