А. Новые взаимоотношения с Богом
Новые взаимоотношения с Богом включают в себя оправдание, примирение и усыновление.
1. Оправдание и праведность
а. Терминология. Глагол «оправдывать» переведен с еврейского
б. Правовая основа оправдания. Еврейский и греческий термины — юридические в своей основе. Это значит, что их следует понимать с точки зрения приговора, который судья выносит по тому или иному делу, рассматриваемому в суде. Если он выносит решение в пользу обвиняемого, то произносит оправдательный приговор; если он выносит решение против обвиняемого, то произносит обвинительный приговор.
Такое юридическое употребление слов в контексте завета и взаимоотношений между Богом и Израилем является основным фоном для новозаветного учения об оправдании верой. Однако, хотя этот фон и важен для библейского учения, оно им не исчерпывается. Судебные решения и взаимоотношения переводятся на более высокий уровень прощающей благодати и личных взаимоотношений между людьми и Богом. Представление о Боге как об Отце превосходит понятие о Боге как о Судье, но не упраздняет его. Юридический язык оправдания перерастает в богословие неисчерпаемого и избыточного богатства Божьей благодати, изливаемой через Христа.
в. Предварительные замечания. Наиболее полно доктрину оправдания в Священном Писании разъясняет апостол Павел. Однако его разъяснению предшествуют отрывки из Ветхого Завета и особенно учение Иисуса Христа. Ветхий Завет, с его теорией вменяемой праведности или невменяемого греха (Быт. 15:6), отождествлением праведности с искупительной деятельностью Бога (Пс. 30:2; 142:11, 12), прощением самых тяжких грехов и грешников (2 Пар. 33:1–13; Пс. 50) и заменой грязной одежды чистыми или торжественными одеждами (Зах. 3:1–5), закладывает основательный фундамент для новозаветных размышлений об оправдании.
Образ облечения в одежды в Книге пророка Захарии перекликается с учением Иисуса о брачной одежде в Мф. 22:1–14. Необходима брачная одежда, чтобы быть соответственно одетым на брачном пире царя (земная иллюстрация входа в Царство Небесное). Без нее человек не может получить законного места на свадьбе, несмотря на милостивое приглашение. В притче не говорится о том, что символизирует эта одежда или как ее раздобыть, однако ответ содержится в других местах Писания. В Ис. 61:10 слышится ликование и радость, потому что Бог «облек меня в ризы спасения, одеждою правды одел меня». Та же радостная нота звучит и в притче о блудном сыне, когда отец, символизирующий Бога, радостно дает своему сыну одежду (Лк. 15:22). В Гал. 3:26, 27 апостол, указывая на тех, кто стал оправданными детьми Бога через веру и крещение во Христа, говорит, что это те, которые «во Христа облеклись». Таким образом, в более широком контексте Писания одежду в притче о брачном пире можно считать Божьей праведностью, даруемой во Христе.
В притче о фарисее и мытаре (Лк. 18:9–14) оправдательный приговор Бога получает не тот, кто гордится своей благостью или исполнением закона, а тот, кто проявляет дух искреннего раскаяния и ревностно взывает к Богу о помиловании. Даже в случае старательного исполнения всех обязанностей люди остаются недостойными слугами (Лк. 17:10). Таким образом, всегда остается потребность в оправдывающей Божьей благодати.
Учение Иисуса об оправдании и примирении с Богом показано в Его делах, ибо Иисус принимал грешников и ел с ними (Мк. 2:15–17; Лк. 15:2). Это согласуется с притчами Иисуса о том, что даже тем, кто далеко отошел от Бога, доступна Его ищущая, восстанавливающая благодать (Лк. 15:3–32). Возможно, Иисус не употреблял фразы «оправдание верой», как это делал Павел, однако это учение было важной составляющей Его миссии и проповеди.
г. Праведность Бога. Послание к Римлянам, совместно с отрывками из Посланий к Галатам и Филиппийцам, является самым существенным источником Писания для понимания оправдания верой. В Рим. 1:16, 17 утверждается главная мысль всего Послания. В 16–м стихе сказано, что Евангелие — провозглашение Божьего Сына Христом и Господом (стихи 3, 4) — есть сила, которая, несомненно, приведет к спасению каждого, имеющего веру. В стихе 17 поясняется, что Евангелие ведет к спасению, потому что в нем открывается Божья праведность. Логическая связь между 16–м и 17–м стихами, а также противопоставление их гневу в 18–м стихе (ср. Рим. 3:19, 20 с 21) показывают, что Божья праведность — это спасительная реальность. Нечестие и гнев, от которых спасает Божья праведность, описаны в Рим. 1:18–3:20. Здесь нарисована отвратительная действительность человеческого греха, а гнев, справедливо обрушивающийся на грешников, описан как прошлое (Бог предал их [Рим. 1:24, 26, 28]), настоящее (ст. 18) и будущее (Рим. 2:2, 5, 8, 9). Завершается эта логическая цепочка сценой суда, описанного в Рим. 3:19, 20, где весь мир представлен виновным перед Богом, и ссылки на дела будут бесполезны. Потерянное человечество ожидает смертного приговора, как справедливого возмездия за грех (Рим. 6:23). На фоне этого описания греха и гнева Рим. 3:21 снова подхватывает тему Божьей праведности, начатую в Рим. 1:16, 17. Слова «но ныне» дают надежду на то, что откровение Божьей праведности подарит новое начало тем, кто принимает его с верой (Рим. 3:22). Они смогут избавиться от погибели, на которую их обрекает грех и гнев.
Взгляд на Божью праведность как на спасительную деятельность согласуется с использованием этого понятия в Ветхом Завете, особенно в книгах Исайи и Псалтире. В некоторых текстах Божья праведность связана с Его спасением или избавлением или является синонимом этих понятий. В Ис. 46:13 сказано: «Я приблизил правду [избавление] Мою, она не далеко, и спасение Мое не замедлит; и дам Сиону спасение». Тот же смысл заключен в следующих текстах: Ис. 51:5; 56:1; 59:16; 61:10. Синонимичность очевидна, ибо Бог есть Тот, Кто изрекает «правду [оправдание, праведность], сильный, чтобы спасать» (Ис. 63:1). На самом деле Бог есть праведный и спасающий (Ис. 45:21; см. также Пс. 23:5; 30:2; 39:11; 50:16; 70:15; 142:11). В некоторых текстах Божья праведность соотносится с Его неизменной любовью или милостью (Пс. 35:6, 7, 11; 88:15).
Это отождествление праведности со спасением и милостью в Книге Исайи и в Псалтире создает библейский прецедент того, что уже известно из контекстуальных аналогий праведности в Рим. 1–3. Мы можем заключить, что в динамичной еврейской мысли праведность Бога — это не столько Его свойство, сколько Божественная искупительная деятельность, которая позволяет грешным людям установить правильные взаимоотношения с Богом. Это исключительно концепция завета.
д. Грани оправдания.
