соделанных прежде грехов (ст. 25). Когда состоялась эта демонстрация Божественной праведности, стало понятно, что Бог праведен и что Он оправдывает верующего в Иисуса (ст. 26). Чтобы понять мысль этого отрывка, необходимо вернуться к Рим. 1:16, 17. Здесь говорится, что проповедь Евангелия — это средство, с помощью которого Бог ведет людей веры к спасению, потому что в Евангелии открывается Божья праведность. Откровение Божьей спасительной праведности, изложенное в 17–м стихе в настоящем времени, снова подхватывается в Рим. 3:21, но уже в прошедшем времени и в отрыве от закона как ее проводника (ибо закон может породить только гнев, Рим. 4:15) и в связи с крестом (Рим. 3:25). Именно на кресте была явлена Божья оправдывающая благодать, освобождающая от греха (ст. 24). Другими словами, спасительная праведность Бога, которая в настоящее время активно открывается и принимается через Евангелие (Рим. 1:17), есть та самая праведность, которая впервые была явлена в истории, когда Иисус умер на кресте (Рим. 3:25). Когда Бог предложил Иисуса как хиластерион (искупительную жертву), спасительная праведность Бога была открыта в полной мере. Употреблять слово хиластерион в качестве библейского и внебиблейского доказательства — значит ссылаться на жертву. Правильное истолкование слова хиластерион должно принимать во внимание три основных элемента в рассуждении Павла, записанном в Рим. 1:16–3:25. Во– первых, Павел указывает на Бога не как на Того, Кто принимает хиластерион, но как на Того, Кто приносит ее (Рим. 3:25). Другими словами, тот факт, что Бог предложил Христа в жертву, показывает, что крест, будучи историческим событием, не есть нечто безразличное Богу и просто заставившее Его быть милостивым и благим с нами. Нет, это событие близко Богу, оно выражает Его жертвенную любовь к нам (ср. Рим. 5:8; Еф. 5:2; 1 Ин. 4:10). В Своей самоотверженности Бог несет боль и вину греха Себе и дарует нам прощение. Соответственно, Бог любит нас не потому, что было совершено искупление, но искупление было совершено именно потому, что Он прежде возлюбил нас. Во–вторых, Павел подчеркивает два других элемента: факт греха и реальность гнева. Перевод слова хиластерион и его значение должны также учитывать эти вопросы, находящиеся в причинно–следственной связи по отношению друг к другу. Поскольку грех существует, Бог обязательно должен проявлять гнев.
Двумя основными значениями слова хиластерион являются: умилостивление и искупление. Первое подчеркивает усмирение гнева, а второе — очищение от греха или его устранение. Оба перевода заслуживают внимания, но предпочтительным все же является «искупление», ибо глубинной проблемой является не гнев, а грех, вызывающий гнев. Если грех будет искуплен, то и гнев отвратится. Прекрасным и менее абстрактным переводом, позволяющим избежать полемики между сторонниками умилостивления и искупления и наиболее сокровенно выражающим центральный элемент ветхозаветного служения в святилище, является «искупительная жертва». Такой перевод хорошо передает все три необходимые составляющие понятия хиластерион в Рим. 1:16–3:25 и соотносится со словами «Крови Его» в Рим. 3:25. Эта фраза должна напрямую соединяться со словом хиластерион, а не с фразой «через веру». В NRSV (Новом нормативном пересмотренном переводе) хорошо передана первая половина стиха: «Которого Бог предложил в жертву искупления в Крови Его через веру». Таким образом, правильное контекстуальное понимание термина хиластерион — это кровная жертва, принесенная скорее Богом, чем Богу. Она искупает грех и, следовательно, отвращает Его справедливый гнев от принимающих ее грешников (см. Христос II. D. 3).
Согласно второй половине Рим. 3:25, предназначение креста в том, чтобы демонстрировать спасительную праведность и решать проблему «грехов, соделанных прежде». Это грехи всего мира, совершенные до креста, и косвенно грехи всего мира, совершенные после креста. Прощение грехов, соделанных прежде, происходит благодаря спасительной праведности Божьей, вследствие которой Христос как Божественная жертва за грех полностью берет на Себя Божественное осуждение за грех и предлагает полноценную Божью милость грешникам.
Первая половина Рим. 3:26 продолжает мысль второй половины 25–го стиха — в обоих текстах говорится о демонстрации Божьей праведности, которая проявилась в том, что Бог предложил Христа в качестве хиластерион. Жертвенный дар Его Сына, который свидетельствует о безусловной любви Бога, искупает грех человечества и отвращает гнев Бога, доказывает, что наш Бог — это праведный (дикайос) Бог, Который «оправдывает» (дикайунта) верующих. То же самое греческое слово в других формах используется в этом тексте для описания природы и работы Бога. Конечный смысл состоит в том, что благодаря искупительной жертве Бог, Который действует в соответствии со Своим праведным характером, может серьезно относиться ко греху и в то же время проявлять милость к грешникам. Проявляя милость, Бог не идет на компромисс со Своим правосудием.
Точка зрения, согласно которой смерть Христа была заместительной жертвой, подтверждается рядом мест. В Рим. 8:3 говорится, что Христос, принявший подобие нашей греховной плоти, пришел пострадать «за грех», то есть «как жертва за грех». Фраза «за грех» (пери хамартиас) употребляется в греческой Септуагинте в значении жертвы за грех или повинности, как и в Лев. 5:6, 7 и Ис. 53:10. Возможно, эта мысль лежит в основе утверждения о том, что Бог «сделал Его грехом» (или «жертвою за грех») во 2 Кор. 5:21. Бог сделал Христа жертвой за грех ради нас. Это означает, как сказано в Гал. 3:13, что «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою». В свою очередь, это согласуется со словами в 1 Петр. 2:24: «Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо».
Иисус, первоисточник новозаветной трактовки Своей жертвенной смерти, сказал, что пришел «отдать душу Свою для искупления многих» (Мк. 10:45) и что хлеб и вино последней Вечери символизировали Его ломимое тело и кровь, «за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26:26–28). Иисус совершенно очевидно принимал ветхозаветный тезис о том, что «душа тела в крови», и, следовательно, «кровь сия душу очищает» (Лев. 17:11; ср. Евр. 9:22: «Без пролития крови не бывает прощения»). Подобно тому, как Иоанн Креститель называет Иисуса «Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира» (Ин. 1:29), а Павел говорит, что «Пасха наша, Христос, заклан за нас» (1 Кор. 5:7), так и Петр объясняет, что мы были искуплены «драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца» (1 Петр. 1:18,19). Совершенно очевидно, что кровь следует понимать здесь в жертвенном смысле, так же как и в Рим. 5:9; Еф. 1:7; 2:13; Кол. 1:20; Евр. 9:12–14; 13:12; Откр. 5:9. Лейтмотив крови отчетливо просматривается в Послании к Евреям, где смерть Иисуса недвусмысленно названа жертвой (9:26, 28; 10:11, 12, 14). В Послании к Ефесянам Павел также рассматривает эту смерть как жертву и связывает ее с любовью Христа, Который отдал Себя за нас (5:2).
Кроме того, во многих текстах утверждается, что Христос умер за (хюпер) наши грехи (Рим. 5:6, 8; 1 Кор. 15:3; 2 Кор. 5:14, 15, 21; Гал. 1:4; 2:20; Еф. 5:2; 1 Фес. 5:9, 10). С другой стороны, в Рим. 4:25 употребляется предлог диа, «из–за», с глаголом парадидоми, «передавать», «предавать». Эта конструкция перекликается с Ис. 53:12 в Септуагинте, где Раб Господень «предается» за наши грехи. Точно так же и Петр употребляет некоторые фразы из Ис. 53, применяя их к обстоятельствам смерти Иисуса (1 Петр. 2:22 взято из Ис. 53:9; фразы в 1 Петр. 2:24 взяты из Ис. 53:4, 5,12; а 1 Петр. 2:25 отражает Ис. 53:6). Подобное использование текстов из Ис. 53, согласно которым Раб умирает заместительной смертью за грешников, проясняет природу смерти Христа.
Эти свидетельства ясно говорят о том, что Иисус является не только представителем грешников (2 Кор. 5:14, 15), но и их заместителем, ибо, умирая за грешников, Он несет на Себе вину и наказание, осуждение и гнев, которые в противном случае грешники понесли бы сами (см. Христос II.Г.1,2).
ж. Принятие оправдания. Писание недвусмысленно говорит о том, как можно принять оправдание: только верой, поскольку оно исходит от Бога благодаря жертве Иисуса. Будучи Божьим делом, оно не может быть совершено человеком, ибо тогда Христос умер бы напрасно (Гал. 2:21). Новый Завет не впадает в крайности и не учит праведности от дел или неизбежной праведности, но говорит о праведности по вере.
Павел использует самые разные выражения, указывая на то, что вера — это средство обретения нового статуса перед Богом и новых взаимоотношений с Богом. Все эти конструкции переводятся одним словом: «верой». Вот главные из них: эк пистеос (Рим. 1:17; 3:30; 5:1; 9:30; 10:6; Гал. 2:16; 3:7, 8, 11, 12, 24; 5:5), диа пистеос (Рим. 3:22, 30; Гал. 2:16, где употребляется как
