верующих. Они также прибегали к различным родственным способам для выражения своего представления о Церкви. Среди них ведущее место занимают образы и метафоры. Эти библейские образы Церкви заслуживают внимания, потому что хорошо передают отличительные особенности и качественные составляющие идеи Церкви. Мы остановимся на четырех образах: тело, невеста, храм и народ Божий.
А. Церковь как тело
Основная и, наверное, наиболее характерная черта Павла — уподоблять Церковь телу Христову. Церковь — это не тело как таковое; она никогда не описывается как «тело христиан», но всегда как тело
То же самое понятие единства Церкви, поместной или вселенской, вводится Павлом, когда он решает проблему отношений христиан друг с другом. Существует одно тело, в котором члены выполняют различные функции, но все они в равной степени важны и необходимы для слаженной работы всего организма. Верующие уже не принадлежат себе, но крещены «в» Него (1 Кор. 12:13); они «в» Нем, и Он «в» них (Гал. 2:20). В этом теле они все члены друг другу. Это требует признания взаимозависимости (1 Кор. 12:12–26) в общении
Подчеркивая далее полную зависимость Церкви от Христа, Павел вводит новую идею в своих тюремных посланиях, называя Христа Главой Церкви (Еф. 1:22, 23; 4:15; Кол. 1:18). Нисколько не поддерживая точку зрения о Церкви как продолжении Христа, он четко разграничивает голову и тело. Голова занимает уникальное положение, будучи вознесенной над всем телом. Будучи Главой, Христос является источником и средоточием власти, Которому должна подчиняться вся Церковь (Кол. 2:10). Верующие, объединенные с Ним, питаются от Него (стих 19).
Б. Церковь как невеста
Образ Церкви как невесты Христовой также обращает внимание на единство между верующими и на их единство с Христом, особенно в контексте библейского идеала моногамного брака (Быт. 2:24). Вместе с тем Сам Иисус использовал образ свадебного торжества, не указывая явно на то, кто же является невестой (Мф. 25:1–13; ср. с 22:1–14). В то же время Господь в Своих проповедях и притчах изображал Свое возвращение как пришествие Жениха (Мф. 25:6) или брачный пир (Мф. 22:1–14). Павел, размышляя об этом образе, конкретно применял его к Церкви (ср. с Еф. 5:25). Здесь, как и в других местах Послания, метафора относится к вселенской Церкви (ср. Еф. 1:22; 3:10, 21; 5:23, 27, 29, 32).
Данная метафора подчеркивает существование самого тесного единства между Христом — Главой и Церковью как Его невестой ввиду библейской доктрины о том, что мужчина и женщина становятся «одной плотью» (Быт. 2:24). Однако нет никаких доказательств того, что апостол считал Церковь буквальным воплощением или продолжением Христа. Как Его невеста Церковь должна оставаться чистой и верной своему единственному мужу, Иисусу Христу, подчиняясь Ему без полного поглощения и служа Ему без принуждения.
В. Церковь как храм
Первые христиане, которые любили уподоблять свою общину Новому Иерусалиму, Святому Граду (Евр. 12:22), также считали ее Храмом Божьим. Именно наличие Храма делало Иерусалим Святым Градом. Но вместо того, чтобы представлять себе видимое сооружение на горе Сион (ср. с Деян. 17:24), они считали, что Бог воздвиг Свой народ как святилище, решив обитать в их среде (2 Кор. 6:16). Вся Церковь представляла собой «святой храм в Господе» (Еф. 2:21); то же можно сказать об отдельных общинах (1 Кор. 3:16,17) и каждом верующем (1 Кор. 6:19).
Как символ Церкви этот храм созидается «в жилище Божие Духом» (Еф. 2:22), быв утвержден «на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным
Г. Церковь как народ Божий
К образам тела, невесты и храма Новый Завет добавляет метафору народа Божьего. Народом Божьим часто в Ветхом Завете называется израильский народ, избранный и защищаемый Богом (ср. с Исх. 15:13, 16; Втор. 14:2; 32:9, 10; Ос. 2:23). Точно так же в Новом Завете Церковь воспринимается как продолжение и наивысшее выражение Божьего общества завета. Петр пишет своим собратьям по вере: «Вы — род избранный… люди, взятые в удел» (1 Петр. 2:9). Эти слова явно напоминают о завете на Синае (Исх. 19:5,6).
Хотя в Новом Завете фраза «народ Божий» и родственные термины используются для описания ветхозаветного Израиля (Евр. 11:25; ср. с Лк. 1:68; Рим. 11:1, 2), они также употребляются для обозначения смешанной христианской общины, состоящей из иудеев и язычников (2 Кор. 6:14–16; 1 Петр. 2:9, 10; ср. с Рим. 9:25, 26). Говоря об исполнении ветхозаветных пророчеств, Новый Завет рассматривает Церковь как истинный Израиль (Рим. 9:6; Гал. 6:16) и истинное семя Авраама (Гал. 3:29; ср. с Рим. 4:16; 9:7, 8). Авторы Нового Завета не только не используют термин «народ» для простого обозначения массы или собрания людей непонятного происхождения, нуждающихся в самоопределении, но и разделяют ветхозаветную точку зрения на народ Божий. Они рассматривают новый народ Божий как совершенно определенную общность людей, имеющую недвусмысленное предназначение и миссию. Это конкретный и определенный «народ Божий».
В данном случае подчеркивается инициатива Бога: это Он избрал Себе народ. Церковь принадлежит Ему, и Он принадлежит Церкви. О решении Бога Павел пишет следующее: «Как сказал Бог: „вселюсь в них и буду ходить
