допускаемые политической структурой страны. В Церкви должно быть место для тех, кто чувствует призыв занять какую–либо государственную должность.
При дворе Вавилона и Мидо–Персии несколько должностных лиц еврейского происхождения отстаивали свои принципы всякий раз, когда послушание Богу не позволяло им исполнять царскую волю. Седрах, Мисах и Авденаго были брошены в огненную печь (Дан. 3); верность Даниила привела к тому, что он оказался в львином рве (Дан. 6). В результате языческие придворные и народы стали свидетелями силы живого Бога, Который спас Своих рабов.
При дворе мидо–персидского царя Артаксеркса царица Есфирь помнила о необходимости быть верной интересам народа Божьего. После молитвы и поста она стала смело действовать и помогла изменить безнравственный указ царя. Она рисковала жизнью за правду и справедливость (Есф. 4:16) и поставила высокие нормы верности Богу на первое место.
Павел являл собой яркий пример сведущего в законах гражданина, соблюдающего их и не остающегося равнодушным, когда они нарушаются (Деян. 25:8–12). Сам Иисус приостановил насилие над Собой, когда воины ударили Его, не имея на то веских оснований (Ин. 18:23).
в. Социальная ответственность. Живя в обществе, христиане неравнодушны к нуждам, страхам, несправедливости и страданиям человечества. В своем образе жизни они должны подражать Иисусу, Который ходил всюду, творя добро и неся облегчение страдальцам (Деян. 10:38). Не только личным примером, но и посредством притчей Иисус пытался внушить Своим последователям, что быть Его учеником — значит заботиться о других. Сцены страданий или острой нужды мобилизуют волю на помощь ближним. Это тот образ мыслей, тот образ жизни, по которому Иисус узнает Своих (Мф. 25:31– 46).
В рассказе о добром самарянине Иисус подчеркнул опасность религиозного благодушия и религиозной занятости, которые поглощают наше время и силы, так что мы оставляем без внимания вопиющие социальные трагедии (Лк. 10:30–37). Чтобы быть христианином, человек должен стать ближним для нуждающихся. Страдальцы могут предъявлять законные требования христианам, поскольку Бог отождествляет Себя со страдальцами; при этом не стоит умалять Божьих требований к человечеству. Чтобы Христос нас узнал и признал, нам вовсе необязательно становиться глубоко религиозными людьми, потому что религия может быть безнравственной (как у священника и левита в притче). Самарянин и его заботливое отношение к ближнему становится нормой для христиан несмотря на то, что самаряне были отчуждены от завета Божьего и Его обетовании.
Тавифа, член церкви в Иоппии, установила еще одну норму для христиан. Дела благотворительности сделали ее незаменимым членом общины. Она стала опорой и надеждой для отчаявшихся (Деян. 9:36–43). В память о Тавифе и добром самарянине христиане создают общества и различные программы, носящие имена этих людей. Однако эти программы не выполнят стоящих перед ними задач, если такие люди, как Тавифа и добрый самарянин, не станут заниматься активной благотворительностью.
5. Христианское доверенное управление
Бог есть Творец, Вседержитель и в конечном итоге Хозяин всего (Пс. 23:1). Даже люди принадлежат Ему (1 Кор. 6:19, 20). Как ответственный землевладелец, Он передал Свое имущество в аренду управляющим, которые должны надлежащим образом присматривать за ним (Быт. 1:26). Христиане очень серьезно относятся к этому поручению и стараются быть похожими в жизни на доброго управителя.
Верность — это основной и всесторонний принцип доверенного управления (1 Кор. 4:2). Верный смотритель будет всегда действовать в интересах хозяина, желания и цели которого будут решающими в управлении имением. Жизнь, природа и влияние — это три основных блага, которые Бог передал людям, чтобы они оберегали и развивали их для Него (см. Довернное управление И).
а. Управление жизнью. Жизнь — это самое драгоценное, таинственное и священное достояние из тех, что Бог доверил людям, и это первое, что люди обесценили, когда впали в грех. По этой причине Бог принес в жертву жизнь Своего Сына — высочайшую цену, когда–либо уплаченную за что бы то ни было, чтобы спасти человеческую жизнь от уничтожения.
