— Допейте зелье, Поттер, — сухо сказал Северус, однако без его обычной резкости по отношению к Гарри. Удивленный, видимо, столь мягким обращением, Гарри послушно допил зелье до конца, и опустил чашку, как-то неловко повертев ее в руке, и, видно, не зная, куда ее деть. Драко, вздохнув с облегчением, выпустил его ладонь, и встал, отобрав у него чашку и поставив ее на стол крестного. — Как вы себя чувствуете? — поинтересовался Мастер Зелий.
— Оу, с-спасибо, нормально, — проговорил смущенный Гарри. — Так что произошло? — этот вопрос он уже адресовал внимательно рассматривающему его Малфою. Драко неопределенно пожал плечами.
— А что именно ты помнишь? — спросил он.
— Я… — Гарри помрачнел и стиснул зубы на мгновение. — Я что-то натворил? — спросил он.
— Ты чуть не сорвался, как я на озере, — сказал Драко. — Хорошо, что я оказался рядом, и смог удержать тебя на грани. Кстати, прости, мне пришлось тебе врезать.
— Ладно, — невесело усмехнулся Поттер. — Будем считать это маленькой местью. Я ведь тоже вырубил тебя тогда, на озере.
— Ну, я-то тебя не вырубил, — возразил Дрей. — Но комиссию ты припугнул основательно.
— Что я сделал?
— Расколотил витраж, только и всего.
— О нет! — застонал Гарри, закрывая ладонью глаза. — Мне крышка.
— Да не переживай, я уверен, Дамблдор все поймет.
— Угу. Только вот тест я точно не сдам, — вздохнул мой парень.
— Можно поинтересоваться, что стало причиной вашего срыва, Поттер? — подал голос Снейп, успевший уже усесться за свой стол. Гарри не успел ответить, как Драко задал крестному встречный вопрос:
— А ты знаешь, кто такой Джаред Поттер, Северус?
— Значит, они все-таки его уговорили… — пробормотал Снейп, и кивнул в ответ на вопросительный взгляд Драко.
— Джаред Поттер около… двадцати лет назад был председателем комиссии по аппарированию, а до этого — начальником отдела регулирования нарушений магического правопорядка. Это… несколько меньше, чем аврорат, и занимаются они в основном мелкими нарушениями, до расследования которых авроры не опускаются. Теперь, после убийства Двукреста, Дамблдор предложил Скримджеру вернуть Поттера на пост, точнее, предложить ему вернуться. Признаться, я сомневался, что он согласится.
— Почему? — поинтересовался Драко. Гарри сидел очень спокойно — видно, действовало зелье, — однако с интересом ловил каждое слово.
— Потому что это Дамблдору свойственно верить в лучшее в людях, а не мне, — фыркнул Северус.
— И все же, крестный, ты ведь понимаешь, что я не о том спрашивал, — негромко сказал Драко. Снейп вздохнул.
— Ладно. Садитесь, — он взмахом палочки придвинул поближе к столу еще два стула для нас с Драко. Когда все расселись, Серевус обвел всю компанию ироничным взглядом. — Чаю, я надеюсь, вы от меня не ждете? — осведомился он.
Я, не удержавшись, хихикнула, представив себе на этом столе чайный сервиз. Вкупе с этой картинкой так и представлялись знаменитые очки-половинки на крючковатом носу у Снейпа. Драко хмыкнул, и перевел вопросительный взгляд на крестного.
— Итак, я расскажу, что знаю. Сразу хочу предупредить, я не очень осведомлен, — заметил Северус. — не более чем мистер Поттер осведомлен о личности… скажем, Люциуса. До этого года. — Он вздохнул, помолчал, и наконец продолжил. — Джаред Поттер — отец Джеймса Поттера. Да, ваш дед, — он в упор посмотрел на Гарри, и я невольно последовала глазами за ним. Гарри сидел прищурившись, и по тому, как сжались в тонкую полоску его губы я поняла, что он с трудом сдерживает гнев.
— Я не назову этого человека своим дедом, — резко сказал он. Снейп бесстрастно посмотрел на него, едва заметно приподняв брови. — Он оскорбил мою мать! — чуть ли не выкрикнул Гарри.
— Каким образом? — холодно поинтересовался Северус, но в его взгляде появилось что-то и вовсе непонятное — какая-то… мягкость? Симпатия? Теплота?
— Он назвал ее… — Гарри запнулся, не желая повторять грязные слова старшего Поттера.
— Одна из членов комиссии спросила, не внук ли профессору Гарри, — сухо проговорил Малфой, — А тот ответил… Прости, Гарри, — он с сомнением кинул на приятеля взгляд, но Гарри только кивнул. — Этот человек сказал, что не желает слышать как его внуком называют, как он выразился… «щенка грязнокровной девки, которая увела из родительского гнезда его сына, и привела его к гибели». Еще раз прости, Гарри.
— Ничего, это же не твои слова, — отозвался Поттер. — Или ты тоже так думаешь? — резко рыкнул он.
— Перестань, — поморщился Драко. — Ты знаешь, что уже нет.
— Извини, — вздохнул Гарри. — Я не в себе.
— Мне кажется, — вставила я, сама не знаю зачем, — что он засомневался в своей позиции, когда увидел срыв Гарри. Взгляд у него был… такой, как будто он увидел что-то очень неожиданное для себя, когда она смотрел вам двоим вслед.
— Ха! — фыркнул Драко. — Держу пари, он не ожидал увидеть, что в Гарри проявилась Родовая Магия! Посмотрим еще, как он теперь запоет…
— Пусть поет, как хочет, это его трудности! — ожесточенно выплюнул Гарри, упрямо скрещивая руки а груди. Снейп, к моему удивлению — и не только моему, — одобрительно хмыкнул.
— Итак, если вы закончили, — мягко сказал он. — Я продолжу. Да, Драко, я вполне понимаю, почему Джаред выразился именно такими словами. Как я уже сказал, я не особенно хорошо его знал… Он был всего лишь отец моего злейшего школьного врага, — он метнул на Гарри быстрый взгляд, и хмыкнул. — Однако по моему личному впечатлению… По сравнению со старшим Поттером, Люциус, в своей худшей ипостаси — не более, чем сентиментальный юнец. — Драко недоверчиво хмыкнул, и Северус понимающе улыбнулся крестнику. — Вот скажи, Драко, что бы сделал твой отец, если бы та решил жениться… скажем, на мисс Грейнджер? По взаимной, и искренней любви?
— Да он бы мне шею свернул, — отозвался Малфой, невольно потирая ее ладонью.
— А потом? — спросил Снейп. Гарри заинтересовано уставился на Драко.
— Ну а потом…. не знаю, может, высек бы. Наорал бы, наверное. Месяца три отказывался бы со мной разговаривать, — пожал плечами Драко.
— А в итоге?
— Ну а в итоге, если бы он понял, что у меня это серьезно, и я не собираюсь отступать, он бы порылся в семейном кодексе, нашел бы там пункт о том, что каждые пять-шесть поколений рекомендуется обновлять кровь, и на том бы успокоился, — хмыкнул Малфой. — А если бы не нашел, то сам бы вписал, как я подозреваю. Ну, правда, думаю, что после свадьбы и вплоть до рождения наследника, он бы настаивал, чтобы мы жили отдельно — или в одном из меньших поместий, или попросту купил бы нам домик в Лондоне.
— А после рождения наследника? — полюбопытствовал Гарри.
— А после рождения наследника он бы настаивал, что Малфой должен воспитываться в родных пенатах, и сделал бы все, чтобы мы переехали в Манор, — отозвался Драко. — Думаю, если бы была необходимость, он бы забрал маму и сам переехал куда-нибудь в одно из малых поместий, и мотивировал бы это тем, что ему вдруг захотелось быть поближе к природе.
— Знаешь… — Гарри опустил взгляд и задумался, вздыхая, — Раньше я бы в это не поверил. Но теперь, когда он примчался по первому зову, невзирая ни на какую конспирацию, когда узнал, что нужен тебе… Пожалуй, теперь я верю. Ради тебя он бы принял даже Гермиону в качестве невестки.
— Ну, не то чтобы нечто подобное когда-нибудь может потребоваться, ты уж извини, — фыркнул Драко. — Но я не понимаю, крестный, к чему все это? — обратился он к Снейпу. Северус негромко хмыкнул.
— Что я пытаюсь вам объяснить, так это то, что даже такие убежденные и гордые чистокровные, как Люциус Малфой, считают, что все правила и кодексы существуют ДЛЯ магов, а не наоборот. Не маги живут
