режимов в странах региона, которым по понятным причинам до демократии в ее
западном понимании крайне далеко, террористическая активность исламистов
получит дополнительный импульс.
Согласно некоторым оценкам, операции Пентагона в Афганистане и особенно
в Ираке уже усилили деятельность террористических организаций. США
невольно создали рассадник терроризма в этой стране. Директор ЦРУ Портер
Госс на заседании комитета по разведке сената США вынужден был признать, что
«конфликт в Ираке, не являвшийся проявлением экстремизма сам по себе, начинает приобретать все большую значимость для экстремистов. Боевики, прошедшие через Ирак, получили опыт террористических актов в городских
условиях. Они являются потенциалом для строительства международных
террористических ячеек»222. Если стабили-
294
зировать ситуацию не удастся, Ирак будет перманентным очагом напряженности
для обширного региона, который трудно охватить одним географическим
понятием.
Сохранение в течение длительного времени в Ираке сложной обстановки
вызвано не только усилением противостояния между войсками коалиции во главе
с США и партизанами. Развязав войну против Ирака, Вашингтон открыл «ящик
Пандоры», усилив самые разные взаимосвязанные конфликты, в том числе
этнические и религиозные.
Различного рода межобщинные противоречия не только не ослабли, а в
некоторых случаях даже возросли. Возможно, что суннитский радикализм будет
нарастать, представляя собой своего рода реакцию на победу шиитов, а также
реализацию договоренностей, которые были заключены между США и
сотрудничавшими с ними иракскими группировками. В немалой степени это
также связано с тем, что в настоящее время наблюдается суннитское возрождение
с сильным ваххабитским уклоном, которое имеет значительную антишиитскую
составляющую. Кроме того, в стране имеются достаточно острые противоречия
между арабами и курдами, а также мусульманами и христианами. На протяжении
последних десяти—пятнадцати лет наметилась стойкая тенденция сокращения
численности христиан в Ираке, которая особенно усилилась в последние годы.
Курды в результате выборов получили шанс объединения на севере Ирака 30-
миллионного курдского народа, курдских диаспор Турции, Ирана, Сирии и стран
Южного Кавказа, что таит в себе опасность сохранения территориальной
целостности страны.
Одним из международных последствий американской политики в Ираке и
проведенных там выборов может стать усиление Ирана, который оказывал за-
295
метное влияние на иракских шиитов, в конечном итоге получивших власть.
Поэтому причины активизации антииранской кампании со стороны Вашингтона
следует искать не столько в так называемом ядерном досье Тегерана, сколько в
том, что он получил благодаря военной акции США в Ираке значительный
потенциал укрепления своих позиций как внутри страны, так и в соседнем
государстве, с которым в течение многих лет находился в натянутых отношениях.
Однако если, несмотря на все противоречия, сотрудничество иракских
шиитов с США зайдет достаточно далеко, это скажется на внутриполитической
обстановке в Иране: консервативные религиозные силы будут испытывать
нарастающее давление со стороны оппозиции, которая стремится к
демократизации различных сторон общественной жизни. Вашингтон получит
шанс для того, чтобы вернуть Тегеран в орбиту своего влияния. Если удастся
