– И вы никак не можете помочь?
– Что? Найти Казарину? – Мамаев с интересом посмотрел на меня. – А почему это вас так волнует? Вы что, знали ее?
– Нет. Но я разговаривал с ней в ту ночь. А наутро она пропала. Неприятная история.
– Неприятная, – согласился Артем Николаевич. – Но не вижу, чем бы я тут мог помочь. Хотя, впрочем... Как фамилия следователя?
– Рыбин, – ответил я. – Может быть, мне стоит рассказать ему об инородном теле?
– А вы не рассказывали? – рассеянно спросил Мамаев.
– Нет. Посчитал, что это к делу не относится...
– А почему вы теперь решили, что относится? – насмешливо поинтересовался Мамаев.
– Вы сами навели меня на эту мысль.
– Вот как? Пожалуй... Знаете что, вы можете рассказывать следователю все, что считаете нужным. Но только это должны быть факты, а не ваши предположения и фантазии, понимаете меня? Если следователю понадобятся уточнения, он всегда может попробовать связаться со мной. Договорились?.. А вот, кстати, и ваш дом. Ну, всего хорошего, Владимир Сергеевич! Удачи вам!
Мамаев крепко пожал мне руку. Я благодарно кивнул, открыл дверцу и с облегчением вылез из машины. Почему-то в этих лимузинах я чувствовал себя совсем неуютно. Не оглядываясь, я пошел к дому.
Уже на ступеньках подъезда меня окликнули. Я оглянулся и увидел торопливо шагающего ко мне Рыбина. На нем были все тот же серый костюм и черная рубашка. Только в руках он держал не кожаную папку, а сложенную газету.
– На интересных машинах раскатываете, Владимир Сергеевич! – сказал он, подходя. – Здравствуйте!.. Удачно я подгадал. Как раз вас и поймал. Кто это вас подвозил, если не секрет?
– Да так, приятель один, – небрежно ответил я. – А вы вроде не собирались меня навещать больше? Я помню, вы сказали...
– Не беспокойтесь, это неофициальный визит. Просто хотел побеседовать. По душам. Говорят, тут у вас ночью несчастье случилось? Не везет вам... – Он пытливо посмотрел мне в лицо.
– Да уж, – кивнул я. – Кстати, это хорошо, что вы появились. Я, вообще-то, сам собирался вас искать. И именно по этому поводу.
– Любопытно, – сказал Рыбин. – И что же вы собирались мне сообщить?
– Может быть, поднимемся в квартиру? – предложил я.
Рыбин замялся.
– Я бы предпочел пройтись, – сказал он и со смешком добавил: – Предпочел бы пройтись, и желательно в сторону метро. У меня очень мало времени. Вы не возражаете?
Я пожал плечами:
– Мне, пожалуй, спешить некуда.
Мы неторопливо направились в сторону станции метро.
– Послушайте, – спросил я, – вы разыскали Казарину?
– Вы, Владимир Сергеевич, – недовольно воскликнул Рыбин, – меня, должно быть, за Шерлока Холмса принимаете?! За комиссара Торелло?.. Это так быстро не делается. Я пока не вижу мотивов, не вижу, кому выгодно, понимаете?! На работе Казарина характеризуют положительно, фирма солидная, кстати... Я наводил справки – никаких серьезных претензий со стороны правоохранительных органов до сих пор не имелось... Наша версия пока – убийство на бытовой почве. Или с целью ограбления. Возможно, сама Казарина как-то в этом замешана... Одно меня смущает, – нахмурился он и рубанул воздух зажатой в руке газетой. – То, что следом за этими событиями кто-то пытается проникнуть в вашу квартиру. Что это – простое совпадение?
– Нет, я думаю, что не совпадение, – хмуро сказал я.
– А что же? – Рыбин быстро взглянул на меня.
– Первый раз я вам не все рассказал, – признался я. – Посчитал, что это не имеет значения... В общем, я оперировал Казарина в машине. Стандартная операция – трахеотомия. Извлек из гортани такую пластмассовую фитюльку – видимо, он держал ее во рту и нечаянно вдохнул. Именно за ней, наверное, ко мне и лезли...
Рыбин даже остановился и недоверчиво оглядел меня с головы до пят.
– Вы серьезно? Откуда у вас такая уверенность? – пытливо спросил он.
– Да нет у меня никакой уверенности, – неохотно сказал я. – Просто этой штукой интересовался Мамаев из службы безопасности президента, и я ему ее передал... За разъяснениями обращайтесь к нему.
– Мамаев, Мамаев... – наморщил лоб следователь. – Да, кажется, был телефонный звонок... Разговаривал мой помощник... М-да! Дезориентировали, выходит, вы нас, Владимир Сергеевич! Ну, ладно! Не могли бы вы подойти, скажем, завтра ко мне...
– Завтра не могу, – прервал я его. – Весь день занят, ночью дежурю на «Скорой». На меня и так на работе уже косятся. Давайте послезавтра, во второй половине дня?
Рыбин, наморщив лоб, что-то прикинул в уме.
– Ну что ж! Значит, послезавтра я жду вас в пятнадцать часов. Двадцать шестой кабинет. Не забудете?
– Не забуду. Но, собственно, я с вами хотел о другом поговорить. Тот тип, что сорвался с моего балкона, он перед смертью кое-что сказал... Может быть, это наведет вас на след Казариной?
– И что же он такое сказал?
– Он назвал Путилковское шоссе...
– И все? – разочарованно спросил Рыбин и покачал головой. – Вряд ли, вряд ли... Во-первых, сорвавшись с седьмого этажа, чего только не скажешь... Во-вторых, что это значит – Путилковское шоссе? Вы предлагаете взять все шоссе под контроль?
– Да ничего я не предлагаю! – с досадой сказал я. – Мне просто кажется, что в этом деле может пригодиться любая мелочь...
– И чего это вы сердитесь, Владимир Сергеевич? – неодобрительно покосился на меня Рыбин. – Это я должен на вас сердиться – вы постоянно что-то скрываете... То одну мелочь, то другую... Почему в протоколе, который был составлен ночью, отсутствуют сведения о Путилковском шоссе?
– Вот этого уж я не знаю! – ядовито произнес я. – Я вашим коллегам сразу же доложил и даже просил направить туда машину – по свежим, так сказать, следам. От меня отмахнулись!
– М-да... Ну, ладно! – Рыбин похлопал по ладони скрученной газетой, размышляя. – Ладно, проверю. Хотя следователь, который выезжал к вам ночью, уверен, что в данном случае речь идет о банальном ограблении. Знаете, кто у вас был? Его нашли по картотеке. Рамаз Магомедов, он же Тофик, он же Магомет. Неоднократно привлекался к уголовной ответственности за грабеж, квартирные кражи, рэкет... Последние два года в поле зрения правоохранительных органов не попадал. Действовал скорее всего с сообщником.
– Точно, с сообщником! – горячась, воскликнул я. – Я видел, как от дома отъехала «Волга»! И об этом я сказал – но, по-моему, и этот факт никого не заинтересовал...
– Бывает! – философски заметил Рыбин. – Ну что ж, попробуем выяснить, с кем последнее время работал Магомедов... Не может быть, чтобы никто о нем не знал. А кстати, в момент попытки проникнуть в вашу квартиру вы спали или как-то вмешались в события? Мне любопытно, как этот прохвост умудрился сорваться...
Я пожал плечами. Утаивать что-то от следствия уже входило у меня в привычку. Наверное, это не к лицу законопослушному гражданину, но что поделаешь? Мне совсем не хотелось удовлетворять любопытство следователя и признаваться, что несчастный грабитель слетел с балкона, испугавшись моего коварного выстрела. Плохо зная Уголовный кодекс, я не был уверен, что не превысил в данном случае пределов необходимой обороны. Мне и без того хватало неприятностей.
Рабочий день в офисе фирмы «ИнтерМЭТ» близился к концу. Это было заметно и по косым лучам солнца, бросающим на стены особенный красноватый отсвет, и по затихающему пению телефонных звонков, и по благодушному поведению сотрудников. Никто еще не покидал своих рабочих мест, но предвкушение отдыха и близкой свободы витало в воздухе.
Алексей Алексеевич Сиволапов собирался задержаться сегодня подольше – он хотел посмотреть кое-