Пять поэм

Аристотель, с царевичем вместе учась,
Помогал ему; крепла их братская связь.

Были знанья отца не к его ли услугам?
И делился он ими с внимательным другом.

Никумаджис, наставник, увидеть был рад,
Что царевича разум — сверкающий клад.

И усилил старанье он в деле науки,—
Ведь сокровища клада дались ему в руки!

Видя небом царевичу данный указ,
Он проник в него зоркостью пристальных глаз.

Пожелав, чтоб и сын упомянут был тоже
В том указе, который всех кладов дороже,—

Вместе с сыном вступил он под царственный кров,
С речью важной и полной пророческих слов:;

«Ты взрастешь до небес, и тебе станет ведом
Путь на быстром коне от ученья к победам.

Всех неправых мечом ты заставишь молчать,
Ты свою в целый мир скоро вдавишь печать.

О державе твоей будут сонмы преданий.
Семь кишверов тебе вышлют пышные дани,

Все державы земли сделав царством одним,
Примешь в руки весь мир, вечным счастьем храним.

Вот тогда-то припомни былые уроки.
Жадность брось — от нее все иные пороки.

Почитая меня, с моим сыном дружи,
Все, чего он достоин, ему окажи.

Согласуй с его мненьем дела своей славы,
Ибо мудрый советник дороже державы.

Ты — счастливый, а в нем верных знаний полет.
Для счастливого знающий — лучший оплот.

Там, где ценится ум, неусыпное счастье
Тотчас в судьбах правителя примет участье.

И удача, сверкая, умножит свой свет,
Если примет от мудрости должный совет.

Чтоб достичь до луны многославным престолом,
По ступеням науки всходи ты над долом».

И царевич дал руку учителю в знак,
Что он выполнит все. И он вымолвил так:

«Верь, лишь только свой трон я воздвигну над миром,
Сын твой будет моим неизменным везиром.

Я советов его не отвергну, о нет!
Размышляя, приму его каждый совет».

Да! Когда для него стало царство готово,
Искендер, воцарившись, сдержал свое слово.

Разгадал Никумаджис — глава мудрецов,—
Что дитя это сломит любых гордецов,

И чертеж ему дал,[366] — тот, в котором для взора
Были явственны знаки побед и позора.

«Все, — сказал он, — исчисля, вот в эти лучи