капиталы, но, в отличие от разгульного города Ласточек, в Шеве не прожигали жизнь, а работали, наживая состояния упорным трудом.
Шева была единственным крупным городом на Неприступном острове, названом так из-за тянущихся по всему его побережью гор. Лишь в одной маленькой гавани их плотное кольцо размыкалось, открывая путь на остров. Здесь располагался порт Уст, из которого по Неприступному расходились торговые пути. День и ночь по ним передвигались обозы, всадники и пешеходы.
Остров славился великолепными садами и залежами драгоценных камней. В долине выращивали необыкновенные фрукты, равных которым не было в Аргоре, а в горах добывали самые крупные и чистые в мире алмазы. Сады принадлежали Пчёлам, копи - Беркутам, но и остальные кланы не упускали своего. На Неприступном жили самые состоятельные представители кланов Аристократов, Торговцев, Ремесленников и Крестьян. Говорили, что в Шеве даже младенцы пьют из золотых кубков.
Богатая, кипучая жизнь в торговой столице Аргора была по душе Элларду, но сейчас он смотрел на родной город, как узник на крепость, в которой ему предстоит отбывать бессрочное заключение.
Марвин тронул повод, и Ветерок, а за ним и Шторм, стали осторожно спускаться по каменистому склону. Буря нетерпеливо заржала, и, опомнившись, вор последовал за друзьями. Из-под копыт лошадей вылетали мелкие камешки и с тихим стуком катились вниз. Иногда склон становился слишком крутым, и путникам приходилось спешиваться и вести коней в поводу. Эллард внимательно оглядывался, разыскивая вход в катакомбы. Наконец, он обнаружил метку хамелеонов - едва приметную стрелку, высеченную на поросшем мхом валуне, и друзья двинулись в указанном направлении. Перебравшись через быструю мелководную речку, они несколько часов ехали по редкому осиновому лесу, пока не наткнулись на одинокую, выщербленную скалу.
- Нашли, - с облегчением вздохнул вор, вытащил из кармана золотую ящерку и протянул её Марвину. - Одень. Слава Хамелеону, из клана тебя не исключили. - Джирмиец послушно защёлкнул браслет, а вор спешился и подошёл к скале. Он пробежался ловкими пальцами по шершавой поверхности, и ящерка на его запястье вспыхнула. Скала дрогнула и исчезла, открыв вход в подземелья. - Придётся оставить коней здесь, - вздохнул Эллард и потрепал Бурю по холке. Покосившись на Марвина, он с трагизмом продекламировал: - Увижу ль тебя вновь, моя голубка?
- Что ты задумал, Эл? - насторожился джирмиец.
- Ничего, - буркнул вор, - просто мне очень и очень тоскливо. Не тебе же сидеть до конца жизни в темноте…
- Я знаю тебя, как облупленного! - разозлился Марвин. - Признавайся, что ты задумал?
- Ты ужасно мнителен, - передёрнул плечами Эллард и стал спускаться в катакомбы.
Серебряная кошка ласково погладил Ветерка по шее, бросил взгляд на золотое солнце и, взяв жену за руку, пошёл за другом.
Над входом в катакомбы вновь выросла скала, и свита наследника скинула завесу невидимости.
- Теперь они в безопасности, - хватая Ветерка за повод, сказал Жерар. - В Шеву, господа! - И кошки помчались в долину.
Вход закрылся. Несколько секунд друзья стояли в полной темноте, а потом с их браслетов-ящерок сорвались пронзительно яркие искры, и на стенах узкого тоннеля вспыхнули факелы. Мрак отступил, и стало видно, что тоннель спускается в просторную пещеру. Эллард уверено пошёл вперёд, а Марвин немного замешкался, рассматривая ящерку на запястье, которая стала огненно-красной и словно ожила. Её маленькие когтистые лапки нежно царапали кожу, а из радужных глаз сыпались пёстрые, как одежды хамелеонов, искры.
- Пошли, Марви, - окликнул его вор.
Джирмиец крепче сжал руку жены, догнал друга, и они пошли к пещере. Факелы за их спинами гасли, однако впереди зажглись другие. В ореоле мерцающего света, путешественники спустились в пещеру и остановились на берегу подземной реки. Марвин и Ильмара с восхищением смотрели по сторонам. Вглубь пещеры уходили белые колоннады, искусно подсвеченные разноцветные огнями. По стенам, словно полки в библиотеке, располагались неглубокие, отливающие серебром ниши, а между ними чернели многочисленные проходы, украшенные затейливой известковой вязью.
- Нам сюда. - Эллард указал на один из проходов.
- Ты уверен? Я слышал, что в шевийских катакомбах можно бродить годами.
- Я сказал ящерице, что нам нужно в Шеву, и она приведёт нас туда, Марви, - кисло произнёс вор и зашагал вперёд. - И всё-таки я предпочёл бы Джирму, - проворчал он, но серебряная кошка сделал вид, что не слышит его слов.
Друзья добирались до Шевы двое суток. Ящерица указывала направление, и они без труда находили нужные повороты, коридоры и пещеры. На исходе второго дня Марвин заметил, что стены тоннелей стали более гладкими, а пол - более ровным. Вскоре стали встречаться проходы, закрытые деревянными и железными дверями, а вместо факелов на стенах появились стеклянные светильники.
- Сейчас вы увидите пещеру, где в детстве я любил прятаться от родителей, - остановившись возле кованой двери, сообщил Принц Попрошаек. Он приложил ладонь к замочной скважине, и дверь послушно распахнулась.
- Сынок!!! - К Элларду бросилась высокая светловолосая женщина с красными, опухшими от слёз глазами.
- Мама? - пролепетал вор.
- Слава Хамелеону, ты жив! - воскликнула Рамина, обнимая сына.
- Успокойся, дорогая, я же говорил, что с нашим мальчиком всё будет в порядке, - ласково сказал Лоран и улыбнулся: - Я рад, что ты вернулся, Эл.
- Я тоже, - растерянно произнёс Принц Попрошаек и обернулся к другу: - Не стой в дверях, Марви, будь как дома.
Джирмиец вошёл в шикарно обставленную пещеру и остановился, не сводя настороженных глаз с Лорана. Глава Хамелеонов с любопытством оглядел наследника Бернара и церемонно произнёс:
- Добро пожаловать в Шеву, сударь. Я благодарен Вам за заботу об Элларде. Вы желанный гость в моём доме.
- Спасибо, - сдержано ответил джирмиец.
Лоран с интересом взглянул на охотницу и приветливо произнёс:
- Я наслышан о тебе, Ильмара. Ты смелая девушка. Я рад, что познакомился с тобой.
Ильмара кивнула и прижалась к Марвину.
- Хватит церемоний, Лоран, - вмешалась Рамина. - Мальчики жутко голодны. - Она взяла Элларда за руку и подвела к накрытому столу. - Здесь всё, что ты любишь, сынок! - Женщина обернулась и тепло улыбнулась джирмийцу.- Не стесняйся, Марви! И ты, Ильмара.
Серебряная кошка скинул пыльный плащ, сел за стол и усадил жену рядом. Привычным жестом он сотворил для неё хрустальную вазочку с голубым желе, и Лоран удивлённо приподнял брови. Рамина предупреждающе посмотрела на мужа и заботливо наполнила тарелки гостей и сына, но ни Эллард, ни Марвин не притронулись к еде. Вор кашлянул и, смяв в руке полотняную салфетку, сказал:
- Я догадываюсь, что моя дружба с Марвином выглядит… экстравагантно… Но, если бы вы узнали его получше, то изменили бы своё отношение к нашей дружбе. Мы с Марви - уникальные маги. Мы…
- Перестань, Эл, - оборвал его джирмиец и посмотрел в глаза Лорану: - Наше путешествие закончилось. Я уеду сразу после ужина.
Эллард почувствовал ком в горле и в отчаяние выпалил:
- Мы уедем!
- Это не обсуждается, Эл! Ты остаёшься в Шеве!
- Но у нас договор! - возмутился вор. - Ты мой телохранитель, и не имеешь права бросать меня! Я твой босс!
Марвин насмешливо улыбнулся:
- Здрасте, приехали. С каких это пор, джирмийцев нанимают в охранники?
- У нас был уговор! - упрямо повторил вор.
- Поговорили и забыли! - оскалился серебряная кошка. - Или у тебя есть копия нашего договора?
- Паразит! - с чувством произнёс Эллард и надулся.
