Дмитрий дёрнул плечом и осторожно переступил с ноги на ногу: тело затекло, но размять мышцы в тесной клетке не было возможности. Маг чуть приподнялся на мысках, покрутил головой и вновь посмотрел на женщину. Он надеялся, что Маруся обидится и уйдёт, однако она не трогалась с мест, а хмурый взгляд серых глаз настойчиво сверлил Диму, точно отыскивая брешь, сквозь которую можно пробраться в его душу. 'Интересно, а мысли она читать умеет? - запоздало подумал маг и с подозрением покосился на женщину. - Вряд ли, иначе задавала бы совсем другие вопросы'. Дмитрий ещё раз переступил с ноги на ногу и усмехнулся:
- Похоже, нам больше нечего сказать друг другу, мадам.
Серые глаза полыхнули гневом.
- Ошибаешься! - резко произнесла Маруся и, точно кинжал, наставила на мага палец: - Тебе не удастся прогнать меня, Дима! Я слишком долго ждала встречи с тобой! Несколько месяцев я сходила с ума, не зная, что с тобой происходит! Я требую, чтобы ты взял меч и проснулся Смертью, потому что нам необходимо кое-что прояснить! А сделать это сейчас - невозможно!
- И для этого я должен убивать камийцев?
- Да! Потому что я хочу знать: почему ты так поступил со мной?! Ты перекроил мою судьбу, Дима! Почему ты заставил меня забыть?!
- Забыть что?
Маруся вздрогнула и сжала пальцами виски:
- Не важно. Сейчас ты тоже не помнишь.
Она расстроено взглянула на мага, отвернулась и направилась к двери. Дмитрий смотрел ей вслед.
- Подожди!
Женщина остановилась, но оборачиваться не спешила. Дима с ненавистью взглянул на серебряные прутья и крикнул:
- Можно задать тебе вопрос?
- Попробуй.
- Мы были любовниками?
- Какая разница? Ты сам сказал: прошлое тебя не волнует.
- И всё же?
Маруся долго молчала, перебирая пальцами воротник замшевой куртки. Наконец она повернулась к магу и посмотрела на него большими серыми глазами, ставшими вдруг блестящими и тёмными, как грозовое небо:
- Смерть сделал меня своей любовницей и подарил несколько дней счастья, а потом, со свойственной ему безжалостностью, стёр память и выкинул из своей жизни.
- Прости.
Дима отвёл взгляд.
- Не извиняйся. Это сделал он, а не ты.
Маруся развернулась и вышла из зала. Дмитрий кисло взглянул на золочёные двери, машинально потёр безымянный палец и уставился под ноги: ему самому хотелось знать, почему он так поступил. Красивая и решительная женщина понравилась магу. Он с лёгкостью мог назвать десяток причин, подвигнувших затащить её в постель, но ни одной - бросить.
Дима представил, как подходит к ней, отводит назад русые пряди и нежно целует упрямые тёплые губы… 'Какая к чёрту любовь! - осадил себя маг. - Других забот мало?' Унылым взглядом он обвёл обеденный зал, столы с остатками вечерней трапезы и опустил голову. И почти сразу перед мысленным взором предстала стройная гибкая фигура, затянутая в серую кожу. Маг тряхнул головой, отгоняя видение, но Маруся не исчезла. На краткий миг её окутала синеватая дымка, и женщина предстала пред Димой иной: длинные волосы стали короче, мужской костюм сменился тонкими полупрозрачными шальварами и короткой, расшитой серебром кофточкой. Сильные изящные пальцы, привыкшие к рукояти меча, сжали стебель прекрасной оранжево-красной орхидеи. Дима во все глаза смотрел на Марусю и не мог понять, почему отказался от неё. 'Наверное, я сошёл с ума, - ошеломлённо подумал он, и видение исчезло. Мысль о сумасшествии мгновенно вернула мага с небес на землю. - Артём! Ничто не важно, пока мой брат болен!'
Близился вечер. Бледно-голубое небо приобрело сероватый оттенок, в зал пробрался лёгкий свежий ветерок и заскользил над полом, остужая нагретые за день плиты. Дима почувствовал облегчение, когда прохладный ветер коснулся затёкших, изувеченных ног, и широко зевнул - спать хотелось неимоверно. Маг переступил с ноги на ногу, сжал и разжал кулаки, чуть повёл плечами и огляделся. Сумрак шёл в наступление. Неисчислимые щупальца мрака расползались по залу, погружая его в темноту, однако полной победы не одержали - на стенах замерцали и разгорелись хрустальные магические светильники. Их сияние, сначала робкое, потом всё более уверенное, изгнало сумрак, и в зале стало светло, как днём.
В коридоре послышался шум, золочёные двери распахнулись, и добрая сотня рабов устремилась к столам. В мановение ока посуда с остатками вчерашнего пиршества была убрана, на столешницы легли чистые белоснежные скатерти, и лёгкий ночной ветерок запутался в длинной густой бахроме.
Рабы расставили приборы, бокалы и корзинки с цветами, выровняли стулья и уступили дорогу поварятам. На столах появились кувшины, салатницы и соусницы, плетёные блюда с горячими караваями, пирогами и кулебяками; вазочки с паштетами, тарелки с сырами, масляными замками и ветчинными караванами; серебряные подносы с натюрмортами из ягод, речных раковин и цветов. Поварята носились как угорелые, но всё же нет-нет да и посматривали на брата принца Камии, неподвижно стоящего за серебряными прутьями клетки. Грязная порванная одежда, запёкшаяся кровь в волосах, разбитое лицо и застывшие мутные глаза. И, содрогаясь от ужаса, поварята начинали работать с удвоенной скоростью, желая побыстрее закончить сервировку и оказаться на кухне, подальше от опального брата принца Камии.
А зал тем временем наполнялся восхитительными ароматами. Они издевательски ласкали ноздри, и Дима, судорожно сглотнув, попытался вспомнить, когда ел последний раз. Однако в сознании тотчас возникло перекошенное от злобы лицо Артёма, и маг предпочёл отринуть любые мысли. Он тупо смотрел на ломящиеся от яств столы, а когда в зал начали вплывать разодетые в шелка и бархат придворные, с отрешённым равнодушием стал наблюдать за ними. Лишь однажды в его взгляде мелькнуло тень интереса - в дверях возникла Маруся. Но интерес сейчас же угас: женщина опиралась на руку высокого широкоплечего мужчины в чёрном кожаном костюме. 'Он ей под стать, - ревниво подумал Дмитрий и отвернулся. - Как там назвал его целитель?.. Ричард. Ага, мой побратим. Замечательно! Женщина, которая мне нравится, принадлежит моему названому брату… Которого я не помню. Интересно всё-таки, почему я бросил её?' Дима поискал глазами целителя и обнаружил его в углу зала. Валентин в клетчатой рубашке и простых синих штанах, подходящих скорее фермеру, чем придворной особе, стоял возле белой мраморной колонны и, рубя ладонью воздух, что-то втолковывал стройному черноволосому мужчине. 'Думаю, у целителя можно почерпнуть недостающую информацию. Болтлив он явно не в меру', - машинально отметил маг и вздрогнул - нестройный хор голосов перекрыл оглушительный вой труб.
- Блистательный правитель Камии! - прозвучало из ниоткуда, и в золочёных дверях появился Артём.
Чёрный, отделанный серебром плащ развивался за его спиной, точно маг стоял на продуваемой ветрами скале. Пшеничные волосы привычно топорщились, шоколадные глаза сияли радушием и благожелательностью. Принц излучал довольство и силу, чего нельзя было сказать о Сабире, которую он держал за руку. Прекрасная кайсара в узком красном платье, с длинными волосами, заплетёнными в косы и перевитыми толстыми жемчужными нитями, выглядела жалкой и крайне вымотанной. Но Дима не успел посочувствовать бывшей любовнице, его взгляд натолкнулся на ухмыляющегося Кристера: 'Почему Артём до сих пор не убил его?'
'Потому что он сильный!' - насмешливо пояснил принц, одарил брата очаровательной улыбкой и направился к столу, волоча за собой Сабиру, словно большую мягкую игрушку.
Кристер гордо вышагивал позади принца. Проходя мимо клетки, он замедлил шаг и, цокнув языком, заметил:
- Великолепное зрелище, маг. Ты наконец оказался там, где тебе и место!
