Иов послужил величию человека, открыл всю бездонную глубину человечности на века, стал залогом Боговоплощения то есть определил историю и метаисторию человечества не тогда, когда богобоязненно молился «во всякое время подобно» и когда не было никого богаче и благополучнее . Не тогда, когда все вокруг прославляли его как праведника судя о нем по обстоятельствам его жизни .
И оставаться человеком нам не может помешать никто и ничто ни люди, ни обстоятельства. Ни ушедший муж, ни бросившая девушка, ни несправедливое государство, ни болезнь, ни нищета, ни одиночество, ни обилие требовательной родни, ни даже немыслимое богатство (хотя оно наиболее тяжело переносимо). На пороге газовой камеры найдется кого утешить и кому облегчить последние минуты, в одиночке можно молиться за весь мир… Оставаться человеком нам не может помешать никто и ничто кроме нас самих.
И очевидно, пребываем мы здесь именно затем, чтобы научиться не мешать себе быть человеком . А уж в каких обстоятельствах мы вероятнее этому научимся Господу виднее.
А застилающие нам весь мир непереносимые обстоятельства остаются неизменными только за счет того, что наши глаза не могут оторваться от них. Для того же, чтобы оторвать глаза от обстоятельств, как раз и нужно помнить о смерти и готовиться к ней. «Око странника смотрит иначе, чем око постоянного жителя» [25] , писал святитель Игнатий Брянчанинов. И в другом месте: «Да не очень заглядывайся на обстоятельства жизни не стоят они, идут, быстро мчатся, сменяются одни другими. И сами мы мчимся к пределу вечности.
А кто заглядится на обстоятельства, кому они представятся недвижущимися, удобно впадает в уныние. Кто же видит, что все летит, и сам он летит, тому легко, весело на сердце» [26] .
В перспективе наступающей смерти мы все странники и ученики.
И даже если мы всю жизнь прожили на одной и той же улице, в одном и том же доме, в одной и той же квартире мимо ее окон летело время со скоростью пассажирского поезда. И все, кто нам встречается, наши учителя: не друзья, не враги, не «половинки», не те, «без кого мы не можем» или «кого уже не можем терпеть», ну и так далее. Они учат нас быть людьми. И те, кто причиняет нам боль, не менее, а скорее более важны для нас, чем все остальные. Ведь с этой болью в нас выгорает то, что мешает нам быть человеком. И это великое благо если мы, конечно, не цепляемся за горящее из последних сил и не сгораем в страшных корчах вместе с ним…
И если мы, вместо того чтобы цепляться за проходящее, бороться за свое «место» в жизни, сражаться за свое семейное счастье и совершать прочие бессмысленные действия, начнем (а самое радостное то, что начать можно в любую минуту) учиться любить, прощать, понимать, не предавать, не судить, трудиться для всех то есть учиться азам человечности, мы вдруг поймем, что с каждым днем в нашей жизни прибывает и умножается радость. Да и как может быть иначе, если мы наконец станем потихоньку приближаться
к тому месту, где нас давно ожидают: ведь Господь каждого из нас пригласил на праздник.
