благобытие. Когда бы с Нею прейти нам и в другую жизнь, туда, где всех веселящихся жилище и хор выну празднующих духовным празднеством. Сей Троице подобает всякая слава, честь и поклонение, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
СЛОВО ШЕСТЬДЕЯТ ПЕРВОЕ
Кто получил от Бога благодать выну иметь хвалу Божию во устах своих, и кто отверзает уста свои и привлекает, — приемлет, — Дух жизни, тот подвизается каждый час делать это в больших и больших размерах, чтоб тем обильнее воспринимать и слово жизни, которое есть хлеб животный, сходящий с неба, и о котором Бог сказал через Давида:
Почему удивляюсь я тем, немалочисленным людям, которые прежде рождения от Бога и прежде вступления в чадство Ему, не трепещут богословствовать и беседовать о Боге. Когда слышу, как многие, не понимая божеских вещей, философствуют о них и, будучи исполнены грехов, богословствуют о Боге и обо всем Его касающемся, — без благодати Св. Духа, дающаго смысл и разум; трепещет, ужасается и некоторым образом из себя выходит дух мой, помышляя, что, тогда как Божество для всех непостижимо, мы, не знающие ни самих себя, ни того, что пред очами нашими, с дерзостию и безстрашием Божиим приступаем философствовать о том, что непостижимо для нас, особенно будучи пусты от благодати Св. Духа, просвещающаго и научающаго всему. Грешим мы даже тем самым, что допускаем при таком положении своем желание говорить что либо о Боге. Ибо если трудно познать самого себя, и в настоящее время, в роде сем, весьма и весьма немногие знают себя и могут потому философствовать, — так как любовь к истинной философии изсякла по причине нерадения, овладевшаго нами, и по причине мирских забот, господствующих в нас, предпочитающих небесному и вечному земное, привременное и ничтожное, и даже совсем не сущее, т. е. грехи, если, говорю, трудно познать себя самого, не тем ли паче трудно познать Бога? Это не только трудно, но даже совсем неразумно и безсмысленно пытать и изследовать естество и существо Божие. Чего же ради вы, о человеки, не заботитесь паче о том, чтоб увидеть себя в лучшем состоянии, но, небрежа о своем исправлении пытаете то, что касается Бога и божеских вещей? Нам надобно прежде прейти от смерти в живот, приять в себя свыше семя Бога живаго, родиться от Него духовно, стать чадами Ему, восприять в души свои благодать Святаго Духа, — и тогда уже, под действием просвещения от Святаго Духа, приступать беседовать о том, что касается Бога, сколько то доступно для нас, и сколько просвещаемы будем от самого Бога.
Между тем ты, желающий богословствовать именно таким образом, веруй от всей души в Бога единаго, Который не получил бытия от другаго кого, потому что прежде Его не было ничего, ни сам Себя не сотворил, как думали некоторые крайне несмысленные, потому что невозможно тому, что не существует, произойти от себя самого. Веруй в Бога единаго в трех ипостасях, Отца, Сына и Св. Духа, Который безначально был прежде всех веков, всегда есть и будет присно во веки веков. Кто православствует и истинномудрствует, тот не может сказать об ипостасном и триипостасном Боге, что Он не ипостасен, т. е. без ипостасей есть. Но будучи и оттого, что в себе самом видит, научаем, и оттого, что выше его, вразумляем чтит поклонением и славит едино Божество в трех единосущных лицах. Ибо кто не омрачил и не разстроил в себе страстями еже по образу, дарованное ему Богом, тот во первых знает и понимает себя самого, именно, что от Бога Творца получил душу живую и ипостасную, и что она в нем тречастна, т. е. душа, ум и слово, и таким образом от себя самого заключая, умом своим мудрым и светлым домышляется и о том, что касается Бога. Кроме того и от Духа Святаго, свыше просвещающаго, просвещается он и научается, что Бог Отец все из несущаго создавший Словом своим и силою Духа своего содержащий, безвременно и безначально раждает единосущнаго Ему и от Него нимало не отделяющагося Сына своего, вместе с коим исходит и Дух Святый, который есть единосущен с Сыном из единосущнаго Отца. Таким образом добре мудрствуя и исповедуя о Боге, показывает он, что воистину есть по образу создавшаго его Бога, поколику имеет душу разумную, мысленную и безсмертную, одаренную умом и словом. Кто же не мудрствует таким образом, тот наверное обличает себя самого, что безумен и безсловесен, т. е. не имеет ни ума, ни слова. Ибо если он отступается от исповедания божеских тех особностей, то по каким другим характерам будет он по образу создавшаго его Бога? Если же исповедует и утверждает, что эти три — душа, ум и слово, есть в нем, Творца же своего Бога безсловесно и безумно лишает того, что мы сказали о Нем, то, мне кажется, он в таком случае ничем не разнится от язычника и идолопоклонника. Я же верую, что как душа не была и не есть прежде ума, ни ум прежде слова, рождающагося от него, но в один момент все три имеют бытие от Бога, и ум раждает слово, и чрез него изводит и являет вне желание души: таким же образом и Бог Отец не был прежде Сына и Духа Святаго, но как ум есть в душе и имеет близ себя слово, так и Бог Отец есть во всем Святом Духе, и имеет в себе всего Бога Слово, рожденнаго из Него. И как невозможно в человеке быть слову или уму без души, так невозможно полагать Сына со Отцем без Святаго Духа. Ибо как возможно Богу живому быть без жизни? Дух же Святый есть жизнь.
Итак, надлежит тебе исповедывать о Боге Отце, что Он раждает Сына, но не был прежде Сына; и о Сыне, что Он раждается от Отца, но не так, чтоб проявился после Отца; и о Духе Святом, что Он исходит от Отца, но и сам есть совечен и единосущен Отцу и Сыну. И покланяйся всему Духу Св. во всем собезначальном Отце, и всему Отцу во всем совечном Сыне, и всему Сыну во всем единосущном Духе, единому, триипостасному, совечному и сосущному, нераздельному и неслиянному существу и естеству, как единому началу всего сущаго и единому Богу, Творцу всяческих, — да научишься познанию того, что выше тебя от того, что есть в тебе самом, и не забываешь образа, какой сподобился ты получить от Бога. Ибо и собственный твой дух, или душа твоя вся есть во всем уме твоем, и весь ум твой — во всем слове твоем, и все слово твое во всем духе твоем, нераздельно и неслиянно. Сие есть образ Божий и сим обогащены мы свыше, т. е. чтоб быть нам подобными Богу и Отцу, и иметь в себе образ Того, Кто создал нас. Посему и когда делаем какому–либо человеку поклон, то единое почтение свидетельствуем ему, как имеющему ум, душу и слово, не разделяя их и не предпочитая одно что либо из сих трех преимущественным почтением; но как он имеет в себе сии три нераздельно и неслиянно, то кланяемся ему и почтение воздаем, не как сущему три сия, но как единому человеку, по общему образу Творца Бога. Таким же образом должно тебе относиться и к Богу, даровавшему тебе сии свойства, и благочестно покланяться святой, единосущной и собезначальной Троице, яко единому Богу, помышляя, какими благами почтил тебя Бог, создавший тебя по образу Своему.
Исповедуем равночестнаго, равномощнаго и единосущнаго Отца с Сыном и Духом, Троицу Святую, как единое начало, власть и господство: подобно как и собственный наш ум равночестен, равномощен и единосущен со словом и душею, поколику есть одного с ними естества и существа. Сие есть честь, дарованная нам от Бога, да познаваем Бога и благоговейно чтим Его, яко Отца и Творца, коим рождены и созданы. Теперь, если человек лишится одной какой из показанных трех принадлежностей, то уже не может быть человеком. Отыми у человека ум, — отымешь вместе с умом и слово, — и выйдет человек безумный и
