влагается, как новое вино, благодать Христова. Скажи мне теперь, если будет недоставать одной какой из тех добродетелей, из которых устроился этот сосуд, то благоугодно ли будет Богу вложить в него какой–либо из даров Святаго Духа, хотя бы дира, образуемая недостатком той добродетели, была очень незначительна? Конечно, не будет благоугодно. Потому что, что бы ни было влито в такой сосуд, мало–по–малу все вытечет в сказанную малую дыру.
Как же мы думаем о себе самих, что мы сосуды совершенные и целые и что имеем в себе Духа Святаго, как некое сокровище, тогда как у нас есть только немного добрых дел, и те разделены одно от другаго грехами, добродетелей же очень многих недостает у нас, потому что мы не позаботились стяжать их деланием заповедей Христовых? Поистине, как говорит св. Павел, мы осуетились помышлениями своими и омрачилось неразумное наше сердце, — и, глаголющеся быти мудри, мы объюродели (Рим. 1:22). Между тем о себе и подобных ему тот–же божественный Павел взывает, говоря:
Соблюдается же сокровище сие в нас, как сказали мы, точнейшим соблюдением всех заповедей, и, будучи соблюдаемо, нас самих блюдет всесторонне невредимыми, непревратными и неподвижными, по человеколюбию, могуществу и благодати своей. И если иной раз случится нам, как немощным и легкопадательным, сделать малое какое опущение в том, что лежит на нас, как долг, или несколько погрешить, сокровище это тотчас нас возвращает к себе, теснее соединяет с собою и восполняет допущенный ущерб или недостаток, нас же самих делает более твердыми и безопасными. Почему прошу вас, возлюбленные мои во Христе братия, представляйте Богу самих себя всегда чистыми от всякаго греха, и неотступно пребывайте в хранении всех спасительных заповедей Его. Ибо тогда Сын Божий и Бог–Слово, всепремудрый оный художник, взявши все эти заповеди, как какое вещество (материал) из золота, серебра и драгоценных камней, соединит их все вместе и с ними уготовит нас в сосуды честные и благопотребные. Почему никак не подобает иныя заповеди исполнять, а иныя оставлять неисполненными, или, исполнив все заповеди, являться пред Владыкою Христом презорливыми нерадивцами об одной какой либо, чтоб Он, разгневавшись за эту одну, не бросил и тех всех вместе с нами и не приказал выгнать нас вон из Своего чертога. Но если мы постраждем это, то после уже ничто не будет нам в пользу, и как много ни стучали бы мы в дверь, взывая: Господи, Господи, отверзи нам, Он скажет нам: отойдите от Меня (о страшное слово!). Я не признаю вас за верных, потому что вы не верили словам Моим, не повиновались даже до смерти повелениям Моим, и не соблюдали заповедей Моих; потому отойдите от Меня!
Знаю, братие, что я, бедный, первый услышу такия слова, как не соблюдший ни одной заповеди Бога моего; потом услышат их те, которые, как и я, суть непокоривые преслушники заповедей Божиих, те, которые несмысленно говорят: мне когда бы хоть не соблудить, а поклясться — ничего; мне когда бы хоть не впасть в прелюбодеяние, а украсть малую монету, или кусок хлеба какой грех? Далее те, которые говорят: блажен бы я был, когда хоть не впал бы в срамное и нечистое мужеложство, а брань, игры и песни — не грех. Равным образом и те, которые думают о себе, что они ангелы Божии, потому что чисты от плотских грехов, и высокое о себе имея мнение, гордятся непомерно, будто совершенные, а между тем никакой заботы не имеют о добродетелях душевных и о страстях, небрегут и обо всех прочих заповедях Христовых и не нудят себя исполнять их, но всякое дело, сколько–нибудь трудное, пропускают и от всяких лишений устраняются, хотя без этого нельзя бывает исполнить заповеди, и вообще ведут жизнь безпечную. Что пользы, братии мои, если кто воздерживается от блуда и от всякой другой плотской нечистоты, а между тем славолюбив и сребролюбив? Ибо блуд растлевает тело, а славолюбие и сребролюбие растлевают душу. И не только это, но по слову Господа, слава человеческая и славолюбие делают нас даже неверными.
2. Те, которые суть настоящие други Божии, любят Его, и имеют Его в себе, как некое сокровище благ неистощимое, принимают такия поношения и безчестия со всякою радостию, и любят от чистаго сердца, как благодетелей, тех, которые причиняют их им. Но те, которые говорят: во время брани и мы, как человеки, подвигаемся на серчание и гнев, и иной раз делаем отмщение братиям нашим словом, или и делом, но после не держим на них вражды, но все забываем и оставляем, особенно когда испросим друг у друга прощение, — такие похожи на неписанную хартию, на которой враг наш диавол, как только найдет время, пишет, чрез них же самих, свои скверныя и злыя повеления. Потом они это, написанное ими по внушению диавола, изглаждают; однакож вместо этих повелений диавола, не вписывают заповедей Христовых, чтоб диавол, пришедши, нашел хартии сердец нх исписанными и со стыдом удалился, как побежденный. Но каждый из них оставляет, по нерадению своему, хартии сердец своих неписанными, и когда Господь пошлет написать на сердцах их повеления Свои, они тотчас со всею ретивостию пишут там веления врага, т. е. принимают горькия и смертоносныя хотения диавола, а животворныя и паче меда сладкия внушения Божии отгоняют от себя. Для того и заушение претерпел Господь наш Иисус Христос и Бог, никоего греха не сотворивший, чтоб грешники подражали Ему, и чрез то не только получали отпущение грехов, но и делались общниками Божества Его, за такое повиновение Ему. А кто не послушается Его и не
