Еще с полдня лазурь потемнела от туч. Ветер клубами пыль до небес подымал И кружась опускался, могуч. По дороге, меж лесом и темной скалой, Юный всадник коня истомленного гнал, Озирался обратно в туман и порой Он усталой рукою за меч свой хватал. «Ах, скорей бы селенье, нет мочи и сил, – Хоть избушка какая попалась нибудь». Правда, правда, ездок, торопись что есть сил, Стерегись, осторожнее будь. Здесь не чисто: в народе осталось еще (Каждый может тебе рассказать): Ни один здесь ездок не проехал еще, Чтобы смерть бы свою не застать. Но не этих поверий боится ездок, – Он отца тем мечем погубил И несется без цели из дома вперед, Чтоб никто за него не отмстил... И ездок торопился, что силы хлестал Он коня по иссохшим бокам, А меж тем уж стемнело и месяц играл, То светя, то кружась в облаках. Было жутко: как волк ветер выл и стонал, Будто призрак ложилася тень... Лес темнел, жутко, жутко в ущелье шептал, И вздымался уродливый пень. Мрачным отблеском будто бы савном одет, Подымался угрюмый утес. Конь, измучен, то нюхая воздух стоял, То испуганно всадника нес... Вдруг он видит: в лесу, покривившись, стоит В отдаленьи избушка, как холм... Огонек одиноко в окошке горит И мерцает, и блещет на дол. Спрыгнул юноша. Конь изможденный в пене... Потрепал он по шее его, Привязал за сучек и спешит в темноте К двери мрачного дома того. Он стучит первый раз, он стучит и другой, – Тишина гробовая за дверью. Изможденный волненьем, сердитой ногой Дверь толкает и видит в смущеньи: Перед ним на полу, освeщенный свечей, Прямо в платье мертвец отдыхает; Взгляд ужасный, открытый, и кровь за главой Алой речкой течет и стекает. Пошатнулся, весь в страхе и хочет кричать, Ноги будто к земле приросли, Взгляд прикован к лицу мертвеца, и глядят Будто белые бельмы из тьмы; Рот скривился в улыбку, как будто губа Протянулася как-то вперед... Поднялась и глядит из-за тучек луна И по телу тень тучек несет... «Месть, месть, месть. Проклят будь» – кто-то будто кричит В истомленной его голове. И весь потом стоит он холодным облит И со страхом на бледном лице... Пересилил себя юный всадник и взгляд Оторвал от лица мертвеца. Повернулся от дома, понесся вперед – Побежал, позабыв про коня. И казалось ему, что за ним все бежит, Все кричит и все стонет мертвец. И казалось ему, что вокруг все глядит Страшно, страшно, как мрачный жилец...
