включенности человеческой жизни в поток быстротекущего времени.
Ученики Басе — Кикаку и Рансэцу, Кёрай и Дзёсо, Сико и Яха — в полной мере восприняли принципы поэтики хайку, сформулированные великим Старцем. Как бы прозаичны и низменны ни были порой выбранные поэтами темы, их стихи всегда отражают завещанный Басё мудрый, жизнеутверждающий взгляд на наш преходящий мир. К тому же при всей видимой лапидарности этих хайку просвещенный читатель и критик всегда отыщет в них следы влияния иных культурных феноменов — философии, живописи танского и сунского Китая, шедевров танка и рэнга, блестящей хэйанской прозы...
Сами поэты хайку, включая Басе, как правило, были также отличными каллиграфами и рисовальщиками, любившими иллюстрировать свои стихи скупыми, выразительными картинами в стиле хайга. Ёса Бусон, творивший в XVIII в., был более известен современникам как художник, но в истории хайку его имя стоит на втором месте после Басе. Для Бусона сочинение стихов было не столько священной миссией и способом напряженной дзэнской медитации, сколько познанием радости жизни. Свобода в выборе темы, буйство красок, нарочитое пренебрежение к рутине повседневности придают лирике Бусона романтическую приподнятость тона и неповторимый артистизм. При всем том поэт считал свою уникальную художественную манеру всего лишь воплощением заветов Басё, что в конечном счете недалеко от истины.
Совершенно иную интерпретацию тех же заветов представляет эксцентричное творчество Кобаяси Исса. Внешняя незамысловатость, простота и грубоватость его трехстиший выявляют жизненную философию Дзэн, восходящую по прямой линии к Басё и поэтам-отшельникам Древнего Китая. Заключенная в тысячах строф апология бедности, неприкаянности, искренности чувства звучит как манифест дзэнской экзистенции, абсолютной свободы духа. В поэзии, как и в жизни, симпатии Исса были на стороне маленьких и слабых существ — бабочек и слепней, улиток и блох, мышей и лягушек. Его стихи наполнены неподдельной любовью ко всему живому, сочувствием и сопереживанием. Своеобразный сознательный примитивизм, направленный на снижение патетики и возврат к истокам, к единственной и неповторимой правде жизни, заметно отличает хайку Исса от творений его предшественников и последователей.
Множество поэтов хайку классического периода, продолжавшегося вплоть до середины XIX в., внесли свой вклад в развитие традиций жанра. Их наследие раскрывает перед читателем смысл формулы дзэнского искусства «Великое в малом».
Л. Л. Долин
ПОЭЗИЯ ХАЙКУ ПЕРИОДА ЭДО[295]
БАСЁ
* * * Луна — путеводный знак — Просит: «Сюда пожалуйте!» Дорожный приют в горах. * * * Ирис на берегу. А вот другой — до чего похож! — Отраженье в воде. * * * Сыплются льдинки. Снега белая занавесь В мелких узорах. * * * Вечерним вьюнком Я в плен захвачен... Недвижно Стою в забытьи. * * * Бутоны вишневых цветов, Скорей улыбнитесь все сразу Прихотям ветерка! * * * Перед вишней в цвету Померкла в облачной дымке Пристыженная луна. * * * Роща на склоне горы. Как будто гора перехвачена Поясом для меча. * * * «Осень уже пришла!» — Шепнул мне на ухо ветер, Подкравшись к постели моей. * * * Сегодня «травой забвенья» Хочу я приправить мой рис, Старый год провожая. * * * Желтый лист плывет. У какого берега, цикада, Вдруг проснешься ты? 
