Зазвездный зов. Стихотворения и поэмы

Он переписывал строку одну,
Как тетиву натягивал струну
И стены пронизал легко как соты.

О, будь литой стрелой, моя строка.
Я знаю, что вершина высока,
И там такой жестокий холодище,

Что кровью там просвечивают льды,
И хаос в кандалах созвездий свищет
И зло дробит льдяную сталь звезды.

'Нет добродушней русского медведя...'

Ф.

Нет добродушней русского медведя,
Его любили дети всех племен,
Забавен он, дурашлив и умен,
И на цепи мычит, по воле бредя.

Он бродит средь лесистого наследья
Непроходимых сумрачных времен.
Один со мною дружен, заклеймен
Он редким прозвищем медвежьим Федя.

Но я боюся дружеских услуг,
Я поле жизни прохожу как луг,
Покрытый облаками и обросший

Травою темной в человечий рост,
И друг мой самый близкий и хороший
С моих висков не сгонит липких звезд.

'О, яркого созвучья новый звон...'

О, яркого созвучья новый звон,
Как циркуля раздвинутые бранши
Скрепляешь ноги ты строфы-тиранши
И чистый разум часто гонишь вон.

Мы для тебя не ведаем препон,
Чтоб не звучало то, что было раньше,
Мы смело вспоминаем о Ламанше
В стране, где жил и Ленин, и Гапон.

Велик простор от Пса до Водолея,
Во весь опор мы скачем, не жалея
Ни белых крыл, ни голубых подков.

Огромно небо, но земля не меньше,
Когда разгладим складки всех веков
Истории, как шелк на менекенше.

'В руке моей качалось коромысло...'

В руке моей качалось коромысло,
Мой конь ужаленный не знал удил.
И первобытный мрак в строках бродил,
А иногда недоставало смысла.

И радугой вселенная повисла,
Но я будил хаос и бурь просил,
Не различал в хмельном приливе сил,
Что мутно юное вино и кисло.

Час созреванья грустно настает,
Холодной веет мудростью в лицо мне,
И сердце учится молчать как лед,