— Обычно я изо всех сил тяну время. Делла, но боюсь, что в данной ситуации время — наш враг. Поэтому нам ничего не остается, как войти в зал суда, изображая на лице несокрушимую уверенность в своих силах, и выудить из малюсенькой шляпки здоровенного кролика.
Секретарша улыбнулась.
— Но где же нам взять этого кролика, шеф?
— Вернемся в контору, — ответил адвокат, — будем изучать фотографии в поисках ключа к нашей загадке и… — Мейсон внезапно замолчал и сосредоточенно нахмурился.
— Над чем задумались, шеф?
— Я подумал вот о чем. На столе в квартире Клементса стоял стакан, в котором оставалось немного — на донышке виски с содовой, не более двух чайных ложек.
— Ну и что? — не поняла секретарша.
— А что происходит, когда вы пьете шотландское виски с содовой?
— Ну.. В стакане всегда остается немного виски.
Мейсон покачал головой, его глаза возбужденно блестели.
— На донышке остаются кубики льда, — уточнил он. Спустя некоторое время они тают, и в стакане образуется слой воды толщиной примерно в дюйм.
Секретарше передалось возбуждение адвоката.
— Выходит, льда в стакане женщины не было?
— Как не было его и в стакане Карвера Клементса, а между тем на столе находился термос доверху наполненный кубиками льда. Вставайте, Делла, нам пора возвращаться в контору и по-настоящему изучить наши фотографии.
Глава 9
Судья Рэндолф Джордан, занял свое место и постучал молотком, призывая присутствующих к тишине.
— Слушается дело по обвинению Фей Эллисон, — объявил он.
— Мы готовы к защите, — отозвался Мейсон.
— Готовы к обвинению, — доложил уполномоченный окружного прокурора Стюарт Линн считавшийся одним из лучших обвинителей.
Это был крайне осмотрительный человек с худощавым лицом и суровым взглядом. Он обладал расчетливым интеллектом бухгалтера, энциклопедическими познаниями в области юриспруденции и бездушной жестокостью стального капкана.
Линн прекрасно знал о феноменальной находчивости своего противника и относился к Мейсону с осторожностью боксера, выступающего на ринге против чемпиона в тяжелом весе.
— Вызовите доктора Чарлза Кина, — попросил он. Доктор Кин представился как врач и хирург являющийся опытным патологоанатомом и специалистом по судебно-медицинским аутопсиям, в частности насильственно умерщвленных людей.
— Десятого числа сего месяца вы имели возможность осматривать труп в квартире 702 дома, носящего название «Мандрагора»?
— Да имел.
— В какое время суток?
— Примерно в два часа ночи.
— Что вы обнаружили?
— Тело мужчины приблизительно пятидесяти лет от роду, совершенно лысого, но в остальных отношениях весьма хорошо сохранившегося для своего возраста. Тело располагалось на полу, при этом голова была обращена к входной двери, а ноги — внутрь квартиры, левая рука оказалась согнутой и находилась под корпусом, а правая была выброшена вперед.
Смерть наступила в промежутке между семью и девятью часами вечера. Затрудняюсь более точно определить время, но она наступила именно в указанный период.
— И вы определили причину смерти?
— Я сделал это позже, а не в ходе первоначального осмотра.
— Что же послужило причиной смерти?
— Отравление, вызванное приемом внутрь цианида калия.
— Вы заметили что-либо необычное во внешнем облике умершего?
— Вы имеете в виду пятно губной помады?
— Именно его.
— На верхней части лба умершего имелось красное пятно нанесенное сильно напомаженными губами, которые были прижаты ко лбу в несколько сморщенном виде.
— Вы хотите сказать, что кожа лба была наморщена?
— Нет, — улыбнувшись, возразил доктор Кин. — Я хочу сказать, что сморщены были сложенные для поцелуя губы, как если бы какая-нибудь женщина прикоснулась ртом ко лбу покойного для последнего поцелуя. Губная помада находилась на верхней части лба, где кожа черепа не имеет складок или морщин.
— Задавайте вопросы, — предложил Мейсону Линн.
— У защиты нет вопросов, — ответил адвокат.
— Вызовите Бенджамина Харлана, — попросил Линн.
Место для дачи свидетельских показании занял толстый неуклюжий гигант с добродушной улыбкой на лице и быстро представился как эксперт по дактилоскопии с почти двадцатилетним стажем работы.
Хорошо продуманными, ловко сформулированными вопросами Линн заставил его рассказать о событиях интересующей суд ночи — об осмотре тела, о поисках латентных следов пальцев в квартире об отсутствии следов на стакане, который обвинение назвало «орудием убийства» и о том, как на стоявшем на столе стакане названном «орудием завлечения», на зубной щетке тюбике зубной пасты и некоторых других предметах были найдены латентные следы пальцев полностью идентичные отпечаткам, взятым у обвиняемой Фей Эллисон.
Затем Харлан опознал все сделанные полицией снимки, показывающие положение тела в момент его обнаружения, обстановку квартиры, стол, опрокинутый стул, «орудие убийства» на полу, «орудие завлечения» на столе, бесспорно, носящее свежие следы пальцев Фей Эллисон бутылку виски, сифон с содовой и наполненный кубиками льда термос.
— Можете задавать вопросы свидетелю — с торжествующим выражением на лице разрешил Мейсону Линн.
— У вас почти двадцатилетний стаж работы в области дактилоскопической экспертизы мистер Харлан — обратился адвокат к эксперту.
— Совершенно верно.
— И вы являетесь специалистом по идентификации?
— Да, сэр.
— Вы слышали показание доктора Кина относительно пятна помады?
— Конечно сэр.
— На фотографии, которую я передаю вам, видно именно это пятно?
— Да, сэр. Кроме того, у меня имеется фотография, на которой это пятно снято крупным планом. Я самолично сделал снимок особой камерой, используемой мною для подобных съемок. У меня с собой есть экземпляр фотографии, если это вас интересует.
— Очень интересует, — ответил Мейсон. — Вы можете предъявить его?
Харлан достал из портфеля фотографию, изображение отпечатка губ на лбу мертвеца оказалось очень четким, были видны мельчайшие детали.
— Каков масштаб изображения? — поинтересовался адвокат.
— Один к одному, — пояснил Харлан. — Я рассчитал шкалу расстояний, с помощью которой могу