Становление личности. Избранные труды

время и катастрофические страдания. Беттельгейм рассказывает о своей собственной многомесячной борьбе за сохранение чувства Я в концлагере в Бухенвальде. Он повторял: «Эти муки происходят с моим телом, а не со мной». Но даже Беттельгейм проводит временн́ую границу сопротивления примерно на рубеже три года. Более старые заключенные часто становились жалкими рабами нацистских тюремщиков; соглашались с их проповедями, даже искали кусочки их одежды, носясь с ними как со священным фетишем [414] .

Таким образом, получается, что в условиях тотально контролируемой внешней среды, максимального давления на индивида, личность (или важные ее области) может быть перевернута вверх дном. Еще не известно, сможет ли тот, кто в конце концов бежит из обстановки принуждения, когда-либо полностью восстановить свои предыдущие системы убеждений и ценностей.

Некоторые исследователи развивали ту точку зрения, что эти крайние трансформации обусловлены действием трех сил: слабости, зависимости и страха [debility, dependency, dread]. Эта «теория DDD » утверждает, что интенсивное и одновременное действие этих сил раньше или позже сломит любое сопротивление предложениям мучителей [415] . Вероятно, теория должна больше подчеркивать утрату обычной социальной опоры и полную инверсию социальной системы, ситуации и ролей, в которых находится жертва [416] .

На рисунке 6 делается попытка обобщить данные различных исследований социального стресса и давления на личность. Видимо, происходит следующее: обычно стрессовое изменение в социальной ситуации сначала вызывает реакцию дезорганизованного типа, возбуждение некоторых «внутренне аномальных» механизмов. Под воздействием внезапной болезни, потери работы, тяжелой утраты или ареста индивид вполне может чувствовать себя подавленным, дезориентированным, он может начинать защищаться или отрицать несчастье. Когда давление возрастает (как на жертв нацистов или в первые месяцы заключения), сопротивление увеличивается. Человек ищет разумных решений, посвящает себя сохранению своей целостности, упорно старается сохранить свои старые убеждения и ценности. Однако в конце концов (как в случае промывки мозгов) личность может быть перевернута вверх дном и подчинена (без сопротивления) очень изменившимся условиям. Предположительно, для большинства личностей существует переломный пункт, для некоторых раньше, для других позже. К счастью, у большинства людей крайний предел никогда не проверяется.

Рис. 6.  Обобщенные отношения между силой эго и стрессогенными социальными изменениями Индивидуальная структура и коллективная структура

В этой главе мы предприняли трудную задачу разобраться в связи личностной системы с социальной системой. Мы попытались избежать двух ловушек: во-первых, той, в которую часто попадают психологи и психиатры; во-вторых, той, в которую попадают неосторожные социологи и антропологи.

Индивидуалистическая ошибка: личность рассматривается как изолированная единица без упоминания о ее становлении в социальном окружении и зависимости от него. Человек живет и умирает в блистательной изоляции. Его поведение последовательно от ситуации к ситуации. Культура, общество, ролевые отношения рассматриваются просто как беспокойные детали, которые надо отмести в пользу структуры характера, фиксированной организации, неизменных черт и закрытой самости.

Культуралистская ошибка: мысль, что личности, по сути, нет. Да, есть биологический организм, но все, что он делает, является продуктом социальных, культурных, ситуативных сил. Этот взгляд отказывает личности в самодостаточности, но наделяет самодостаточностью культурные институты, социальные системы и ролевые отношения. С этой точки зрения индивид – просто досадная помеха для социальной науки.

Многие авторы ставят «социальное» и «индивидуальное» в отношения диалектического противоречия. Их рассматривают как находящиеся в постоянном конфликте. Юнг говорит, что мы не можем избежать отпечатка архетипов и социальной традиции; в то же время у каждого из нас есть влечение к индивидуализации, негативизм по отношению к племенным путям и желание быть собой. Энгьял также постулирует две противоположные потребности: одна – приспособиться к другим людям (гомономия), другая – быть независимым в своей жизни (автономия) [417] . Человек – это и зеркало своей культуры, и самодостаточный светильник.

Но этот диалектический подход оказывается неудовлетворительным по той простой причине, что ничто в личности