встать. Эмметт тоже поднялся и с угрозой глянул на брата, собираясь снова ему накостылять, но тут Эдвард в защитном жесте поднял руки.
– Хорошо, я не скажу это дерьмо.
– Я так и думал, – самодовольно сказал Эмметт, пихая Эдварда, когда тот ухмыльнулся.
– Какое дерьмо ты не скажешь? – спросила Розали, выходя в коридор.
Она скрестила руки на груди и обвела нас взглядом, ожидая ответа. Когда никто не заговорил, она повернулась, ко мне и в ожидании приподняла бровь.
– Изабелла?
Я застыла, от ее взгляда мое сердце забилось быстрее.
– Э-э, у Эмметта был сон, – пробормотала я, поежившись от такого внимания. – Об Анне Карениной, или как-то так.
Мальчики взорвались смехом, а я отчаянно покраснела, окончательно смутившись, когда Розали нахмурилась.
– Что?
– Думаю, она имела в виду Анну Курникову, – хихикнул Джаспер.
– Оу, – пробормотала я, поняв ошибку. – Да, она.
Розали застонала и закатила глаза, дав Эмметту крепкий подзатыльник. Он выругался и отодвинулся от нее, потирая место удара.
– Проклятье, детка. Ты же знаешь, что для меня ты – номер один, – бормотал он, поворачиваясь к Эдварду. – Это все твоя вина. Какого черта ты изначально нас разбудил?
– Иисусе, я просто хотел предложить купить гребаное Рождественское дерево, – огрызнулся Эдвард, потирая шею с раздраженным выражением лица. – Не нужно быть таким мудаком.
– Дерьмо, что, правда? А почему ты раньше не сказал? Сейчас оденусь, – сказал Эмметт, тут же загоревшись энтузиазмом.
Он толкнул Эдварда в грудь. Потом схватил Розали, и она взвизгнула, когда он забросил ее на плечо.
– Да брось, детка!
– Б…ь, поставь меня на землю, Эмметт Каллен, – завизжала она, осыпая его градом ударов по спине.
Эмметт захохотал и, как будто не замечая ее потуг, захлопнул дверь ногой и исчез.
– Я позвоню Элис, – тихо сказал Джаспер, наконец, отпуская меня.
Он слегка улыбнулся мне, а потом кивнул Эдварду и удалился.
Я пошла за Эдвардом наверх, мы оба приняли душ и оделись. Когда мы спустились вниз, Джаспер уже ждал нас на крыльце, погруженный в разговор с Элис. Эсме была на кухне, готовила, а в холле я заметила доктора Каллена и Алека, они так и не покинули гостиную. Доктор опустил голову и сложил руки перед собой, он тихо говорил, а Алек внимательно слушал, не сводя с него глаз. Я понаблюдала за ними пару минут, а потом подошел Эдвард и обвил руками мою талию, притягивая к себе. Я прижалась к нему и он, наклонившись, оставил на шее поцелуй, замурлыкав мне в кожу.
– Папа что-то задумал, – тихо сказал он, чтобы слышала только я.
Оглянувшись, я заметила на лице Эдварда подозрительное выражение, он смотрел на отца.
– Что? – с любопытством поинтересовалась я.
– Если бы я только знал, – пробормотал он. – Но отчаянные времена требуют отчаянных мер, так что, если я его знаю достаточно, он планирует что-то радикальное.
– Ты думаешь, будут проблемы? – спросила я, чувствуя панику.
Он сухо засмеялся.
– Конечно, будут. А когда их не бывает? – с сарказмом спросил он. – Он приложил столько сил, чтобы защитить нас от разного дерьма. И сейчас я не думаю, что он усугубит наше положение. Я, скорее, переживаю за него. У меня такое ощущение, что он собирается удалиться с громкими шумом… как это литературно… «сгореть на пике славы"…
