приносит поистине райское наслаждение, когда он происходит между двумя людьми по обоюдному согласию и еще по взаимным чувствам. Я понимаю, что из-за прошлых событий ты ко всему этому не готова, но я хочу верить, что пожив здесь, ты привыкнешь ко мне, тебе будет легко со мной, и возможно, когда-нибудь ты захочешь побольше узнать об этом.
Она все еще смотрела на меня каким-то испуганным взглядом.
– Ммм… я, я не знаю, – пробормотала она.
Я вздохнул.
– Что в этом пугает тебя? Для тебя все это чуждо, ты видела, как твою маму использовали против ее воли, это, черт возьми, неправильно, я тебя понимаю. Но почему все, что связано с сексом, с упоминанием о нем, тебя так пугает?
Она несколько раз часто моргнула, а потом отвела взгляд. Она выглядела такой смущенной, что я уже чуть было не сказал ей, чтобы она забыла об этом разговоре. Но мне, действительно хотелось знать. Я не собирался лезть ей в штаны, я не был профессионалом в разговорах о сексе, но мне хотелось знать, насколько она осведомлена в этих вещах. Это поможет мне не переходить границы и не напугать ее.
– Думаю, я и правда, ничего об этом не знаю, – засмущавшись, мягко сказала она.
Я улыбнулся. Она была такой невинной…
– Тебя это никогда не интересовало? – спросил я.
Она вопросительно посмотрела на меня.
– Ну, ты никогда не изучала свое тело? Не трогала себя? В этом нет ничего постыдного, все делают это.
Боже, я чувствовал себя извращенцем, спрашивая ее о мастурбации, но мне и, правда, было любопытно. Конечно, получается, если она себя не трогала, то она вообще ничего не знает о сексе.
– Нет, – в итоге пробормотала она.
Похоже, ей и правда было очень неловко. Мне показалось, что сейчас она встанет и выбежит из комнаты.
– Может, сменим тему? – быстро предложил я, не желая, чтобы она уходила.
Она посмотрела на меня с благодарностью. Кивнув, она улыбнулась.
– Могу я у вас кое-что спросить? – нарушив тишину, спросила она.
Я кивнул.
– Вы расстроились, что Джаспер увидел наш поцелуй?
Я улыбнулся.
– Нет. Мне, конечно, не хотелось, чтобы нас прерывали, но меня не волновало, что он увидел нас. Джаспер все понимает, впрочем, как и Элис. Они знают наш секрет, и они сохранят его.
Она пристально посмотрела на меня, как будто изучая.
– Секрет? – спросила она, поднимая вверх брови.
Я вздохнул.
– Послушай, я не хочу, чтобы ты меня не правильно поняла и подумала, что я тебя стыжусь. Я тебя не стыжусь. Но мы должны держать в тайне все, что между нами сейчас происходит. По крайней мере пока. Я не знаю, как на это может отреагировать мой отец, если я ему все расскажу. Я не выдержу, если он набросится на тебя или, что еще хуже, увезет тебя от меня. Понимаешь, я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Возможно, с моей стороны это эгоистичный поступок, поставить тебя в такое положение, но другого выхода у нас нет. Ты – все, о чем я могу думать. Ты та, о которой я хочу, и буду заботиться.
Она молча смотрела на меня, а потом произнесла:
– Первая вещь, о которой сказал мне доктор Каллен, когда купил меня, так это то, что в его доме никогда не было и не должно быть никаких тайн…
Я рассмеялся. Неужели, она говорила серьезно?
– У каждого есть тайна, Изабелла. Даже у моего отца, – сказал я, встряхнув головой.
У моего отца огромная доля гребаных тайн.
