был лучший хренов оргазм в моей жизни. Поначалу она была немного напугана, но придала лицу выражение храбрости, очевидно, черт возьми, она была полна решимости доставить мне удовольствие. Это было мило, и я должен был воздать ей сторицей. Моя девушка обладала сильной волей и была очень решительной. У меня не было сомнений, что если Изабелла Свон вобьет что-то себе в голову, то она обязательно добьется успеха в этом.
С тех пор она больше не прикасалась ко мне, но память об этом плавила мои гребаные мозги. Чтобы быть до конца честным, я ведь тоже не дотрагивался до нее, хоть мне и хотелось, а все лишь потому, что не желал, чтобы секс между нами превратился в дерьмо, и чтобы он стал просто частью повседневной жизни или чего-то в этом роде. В основном, я не хотел, чтобы она, черт побери, думала, что из-за того, что она каждую ночь спит в моей постели, ей придется каждый раз доводить меня до эякуляции.
Так что да, я все еще прибегал к самоудовлетворению в этом проклятом душе, пытаясь сохранить тонкую грань близости с ней, и чтобы она продолжала чувствовать себя комфортно, находясь так физически близко ко мне.
Я оделся, и немного погодя Изабелла забрела обратно в мою комнату, вся такая посвежевшая и чистая, и пахла она чертовски фантастично. Я не удержался и зарылся носом в ее шею, слегка покусав мочку ее уха, раз уж она была такой вкусной. Мы позавтракали на кухне и немного поболтали с моими братьями, а потом заперлись в моей спальне, чтобы упаковать подарки. Она явно еще никогда в своей жизни ничего не заворачивала, потому что была проклятой перфекционисткой и смотрела на это, как на какую-то сложную головоломку, которую она пыталась решить. Я не удержался и несколько раз засмеялся над ней, когда ее лицо сосредоточенно хмурилось, и она начинала тщательнo складывать дурацкую бумагу. Сам я просто оборачивал это дерьмо вокруг подарка, чтобы его не было видно, и скреплял так, чтобы она держалась. И я привык использовать весь рулон чертовой ленты, чтобы им, скорее всего, потребовался проклятый нож, чтобы снять ее.
После того, как подарки были завернуты, мы пообедали и вернулись в мою комнату, чтобы посмотреть фильм. Около 5 часов вечера я вздохнул и встал, выключая телевизор. Я взглянул на Изабеллу, а она скептически меня разглядывала. Мои нервы были слегка на пределе, и внутри себя я чувствовал беспокойство, грозящее взять надо мной верх, потому что знал, что Эсме с отцом будут здесь с минуты на минуту.
– Моя тетя скоро будет здесь, – сказал я тихо. Мгновение она смотрела на меня, а потом кивнула головой и улыбнулась.
– Мы должны спуститься вниз? – тихо спросила она. Я глазел на нее некоторое время и тоже кивнул.
– Да, скорее всего, должны. Просто расслабься, хорошо? Эсме милая, – сказала я, пытаясь снова ее успокоить. Она кивнула и встала, чуть нервно поправляя на себе одежду. Я вышел из спальни, она последовала за мной, и мы тихонько спустились вниз по лестнице. Когда мы оказались в гостиной, я услышал, что телевизор был включен, и мы вошли туда. Джаспер и Эммет посмотрели на нас, улыбаясь, и я плюхнулся на противоположный от Джаспера конец дивана. Изабелла колебалась, но подошла и села строго между Джаспером и мной.
Мы сидели кружком и, беспечно болтая, смотрели «Убить Билла». Изабелла смотрела его внимательно, но на ее лице застыло выражение замешательства, она явно не имела ни малейшего понятия, о чем там идет речь. Примерно через 45 минут я услышал, как к крыльцу подъехал автомобиль, и краем глаза увидел, что Изабелла слегка напряглась, очевидно, тоже услышав это.
Я протянул руку и положил ее Изабелле на колено в попытке слегка его сжать, стараясь приободрить ее, но, видимо, она была на грани паники гораздо больше, чем я ожидал, потому что она завизжала и подпрыгнула. Я замер, а Джаспер и Эммет посмотрели на нас с недоумением. Я помотал головой и стрельнул в них взглядом, в котором отчетливо читалось, чтобы они не вздумали ни о чем спрашивать, и они благоразумно сохраняли молчание.
Входная дверь отворилась, и я сразу же услышал голос отца, вслед за которым раздался и очаровательный теплый нежный смех. Джаспер и Эммет тут же оживились, вскакивая. Я услышал, как
