дверь закрылась, и они оба направились прямо в гостиную, разговаривая и смеясь. Мое ожидание росло с каждым шагом, который они делали, так как я, блядь, любил свою тетю и чертовски скучал по ней, но я видел, что с каждым их шагом росла и тревога Изабеллы.
Я поднял взгляд наверх, когда они подошли, и ухмыльнулся в тот момент, когда мой взгляд упал на Эсме. Джаспер и Эммет практически сбили ее с ног, пытаясь заключить в объятия, зажав ее маленькое тельце между собой. Эсме была не совсем маленьким человеком, где-то около 168 сантиметров, но она была стройной и выглядела очень слабой. Ее лицо имело форму сердца, а волосы были мягкого золотисто- коричневого цвета, почти карамельного оттенка, и теплые карие глаза завершали образ. Внешне она была совсем не похожа на моего отца, потому что он выглядел как его мать, а она пошла в их отца. Я думаю, что это типа нас с Джаспером – некоторым людям кажется, что мы даже не родственники, поскольку мы похожи на разных родителей. В любом случае, просто взглянув на Эсме, можно с уверенностью сказать, что она добрая, и ее характер прямо излучает сочувствие.
Эсме смеялась, тиская в объятиях высокую и долговязую фигуру Джаспера. Она отстранилась от него, и Эммет обхватил ее руками, сжав ее и оторвав от земли, стал раскачивать взад и вперед. Она завизжала, а мы все засмеялись, за исключением Изабеллы, которая вперилась глазами в Эсме и казалась, черт возьми, совершенно застывшей.
Эммет, наконец, отпустил ее, и она, обернувшись, посмотрела на меня. Она ярко улыбнулась и протянула руки ко мне. Я колебался, но встал и подошел к ней. Она обхватила меня своими маленькими ручками, подтянула к себе и вздохнула. Она крепко обняла меня, раскачивая нас туда и обратно.
– Клянусь, ты выглядишь все взрослее и взрослее с каждым разом, как я вижу тебя, малыш, – сказала она тихо, чтобы только я мог ее услышать. Ей не нужно было пояснять свои слова, я знал, что, блядь, она имела в виду. Я вздохнул и обнял ее в ответ, не потрудившись ответить, потому что мне действительно было нечего сказать. Это была правда, и Эсме была одной из тех немногих людей, которые не боялись открыто говорить со мной о моей матери.
Я вырвался из ее объятий, и она посмотрела на меня, лучезарно улыбаясь. Она протянула руку и легонько похлопала меня по щеке. – Ты хорошо ведешь себя, Эдвард? Не устраиваешь своему отцу снова адскую жизнь, а? – cпросила она. В прошлом году, когда меня послали в Академию Гранд Ривер (Академия Гранд Ривер (ранее известная как Аштабульский окружной институт науки и промышленности) является частной, объединяющей все религии, средней школой для мальчиков и находится в городке Остинбург, штат Огайо. В ней обучаются около 120 учеников в классах с 9 по 12), она прилетела на уик-энд и устроила мне разнос за мое поведение, в основном говоря мне о том, что пора уже, черт возьми, вырасти и дать им повод гордиться мной.
Я пожал плечами, улыбаясь. – Ну я пока еще ничего не взорвал, Эсме, если ты спрашиваешь об этом, – шутливо ответил я. Она улыбнулась и покачала головой.
– Ну, я полагаю, что это только начало, не так ли? – cказала она. Я усмехнулся и кивнул. Мой отец тихо откашлялся, и я отстранился от Эсме, чтобы взглянуть на него. Он смотрел в сторону дивана, я быстро повернулся и увидел, что Изабелла стояла, уставившись в пол. Она выглядела такой испуганной и напряженной, что от одного взгляда на нее у меня заныло сердце, и мне пришлось приложить массу усилий, чтобы, черт возьми, не кинуться прямо к ней, не взять ее на руки и не сказать, что она не должна ничего бояться, потому что у нее есть я.
– Изабелла, я полагаю? – тихо спросила Эсме. Она подняла глаза от пола, установив зрительный контакт с моей тетей. Она выглядела такой явно напуганной, в ее глазах застыло то же выражение, что и в тот первый день, когда она приехала сюда. Этот взгляд был полон страха перед неизвестным, страха из прошлого.
– Да, мэм, – тихо сказала она, снова опустив взгляд в пол. Я вздохнул и провел рукой по своим волосам, нервничая и будучи не совсем довольным тем, что мои худшие опасения на сегодня сбылись, и она снова стала той робкой и сломленной девушкой, какой была. Я ничего не понимал, ведь для этого не было никаких гребаных причин.
– Очень приятно, наконец, познакомиться с тобой. Я много слышала о тебе, – сказала Эсме. Я
