ударив Эмметa в живот. Эммет застонал и с еще большим усилием навалился на Эдварда, отчего тот снова застонал.
– Вау, что тут происходит? – спросил Джаспер, поднимаясь по ступеням на второй этаж. Он скептически осмотрел братьев, Эммет по-прежнему прижимал Эдварда, а Эдвард выкрикивал отдельные ругательства.
– Твои братья явно были не в курсе, что пошел снег, – сказал доктор Каллен, пожимая плечами. От этих слов голова Эмметa дернулась и он, наконец, скатился с Эдварда. Он протянул руку, чтобы помочь брату подняться, но Эдвард отмахнулся и встал сам.
– Что, действительно снег? – спросил Эммет с голосом, полным надежды. Эдвард усмехнулся и быстро глянул на меня.
– Да, – просто ответил доктор Каллен. Эммет недоверчиво посмотрел на него, как будто не верил ни единому слову, и доктор Каллен закатил глаза. – Иди глянь, если не веришь.
Эммет улыбнулся и помчался по лестнице, запрыгивая на перила и съезжая по ним. Джаспер покачал головой и пошел в свою комнату, тихо посмеиваясь. – Клянусь, я этих ребят иногда не узнаю, – пробормотал доктор Каллен еле слышно. Я засмеялась, и доктор Каллен поднял на меня глаза, слегка улыбаясь в ответ и покачивая головой. Он коротко посмотрел на Эдварда, улыбнувшись, прежде чем снова повернуться ко мне. – Buon natale. Счастливого Рождества. Обоим. Это твое первое Рождество и первый снег. Адский денек, да? – спросил он, глядя на меня.
Я улыбнулась и кивнула. – Счастливого Рождества и вам, сэр. И спасибо вам.
– За что? – переспросил он, вопросительно приподнимая брови.
– За то, что позволили присоединиться, – ответила я. Он улыбнулся.
– Конечно, dolcezza, иначе и быть не могло, – мягко сказал он. Он подошел ближе и нежно погладил меня по спине, почти по-отечески, а потом взглянул на Эдварда и пошел вниз в фойе. Мы с Эдвардом с минуту стояли в тишине, прежде чем он вздохнул и пробежался рукой по волосам.
– Клянусь, он нахер двуликий или что-то в этом роде, – промямлил он. Я засмеялась и покачала головой.
– Раздвоение личности? Как доктор Джекил и мистер Хайд? («Странная история доктора Джекила и мистера Хайда» — фантастическая повесть английского писателя Роберта Стивенсона, которая увидела свет в 1886 году в Лондоне. Доктор Джекил сделал сенсационное открытие — сумел отделить в самом себе доброе начало от злого. Это открытие он должен был держать в тайне, ибо носитель зла, мистер Хайд, стал неуправляем. ) – спросила я. Эдвард тихо засмеялся и кивнул.
– Черт возьми, правильно. Он меняет настроения со скоростью удара хлыста, – сказал он. – И как мне, блядь, справляться с этим дерьмом? – я улыбнулась, пожимая плечами.
– Думаю, тебе и не надо. Просто наслаждайся доктором Джекилом, пока он тут, и надейся, что мистер Хайд сегодня больше не появится, – сказала я. Эдвард улыбнулся.
– Да, хреновая надежда. Кстати, ты читала книгу или смотрела фильм, или ты выудила эту сраную информацию из Джеопарди? – спросил он.
– Джеопарди, – ответила я, горько улыбаясь. Удивительно, сколько можно узнать из тридцатиминутного просмотра телевизора. Эдвард засмеялся про себя.
– А ты знаешь, как с самого начала называлось зло? – спросил он. Я отрицательно покачала головой и он ухмыльнулся. Быстро оглянувшись по сторонам, и удостоверившись, что нас не видно снизу, он подошел ближе. Встав позади меня, он наклонился к моему уху: – Эдвард, – мягко прошептал он, наклоняясь ко мне. Он убрал волосы в сторону и оставил маленький поцелуй у основания шеи, прежде чем прикусить нежную кожу зубами, не до боли, но чтобы подразнить меня. Я подпрыгнула и он засмеялся, отходя назад.
Он подмигнул мне и, развернувшись, почти полетел по ступенькам вниз. Я услышала, как он снова выкрикнул еще одно ругательство, видимо приземлившись в фойе, и Эммет тут же захохотал. Я покачала головой, пораженная их поведением. Я уже хотела спускаться вниз, как из комнаты вышел Джаспер, прикрыв за собой дверь. Он улыбнулся мне и, приблизившись, приобнял меня за плечи. Мы пошли вниз
