этим была маленький кассетник, красная надпись и две кнопки с двумя различными отверстиями в которые, наверняка, что-то нужно вставлять. Он вытащил еще что-то из коробки: это выглядело, как джойстик для игровой видеосистемы. Он был такого же цвета, как и коробка, и у него тоже были какие-то кнопки и длинный шнур. Эдвард начал отыскивать другие шнуры и подошел к телевизору. Он начал подключать эти вещи и перемещать их вокруг.
Он сделал так, что подключил все и включил телевизор, он дотянулся до музыкального проигрывателя и сделал звук тише, но, не выключил полностью. Он вернулся ко мне и снова посмотрел в коробку, потянувшись и вынимая что-то оттуда. – А что это такое? – полюбопытствовала я. Эдвард взглянул на меня и улыбнулся.
– Это оригинальная игровая система Nintendo (японская компания, специализирующаяся на создании компьютерных игры и игровых консолей). Я берегу это дерьмо с самого детства, до сих пор работает отменно, – сказал он, пожимая плечами. Я понимающе кивнула, вздыхая.
– И мы будем играть в это? – спросила я нерешительно, не совсем уверенная, как я буду играть в видеоигру. Он кивнул.
– Да, это легче просто, даже ты справишься, – сказал он. В тот момент, когда эти слова сорвались с его уст, он напрягся и взглянул на меня. – Я не хотел, чтобы это так звучало.
– Я знаю, – сказала я, даря ему небольшую улыбку. Он кивнул и поднес к губам то, что, я думала, было игрой, и стал дуть внутрь. Я в замешательстве посмотрела на него, а он рассмеялся над моим выражением лица.
– Нужно убрать оттуда пыль, чтобы оно работало. Это не очень-то похоже на инновационные технологии, – сказал он, пожимая плечами. Он подошел, открыл кассетник в игровой приставке и вставил игру. Он нажал одну из кнопок и перевел взгляд на телевизор. Игра началась практически сразу, и он улыбнулся, схватив пульт. Он уселся на пол, вытянув ноги, и похлопал между ними по полу. – Иди сюда, tesoro, давай я научу тебя, как правильно делать это дерьмо.
Я улыбнулась и встала, направляясь к нему. Я осторожно уселась между его ног, и он разместил свои руки передо мной, держа джойстик. Он стал объяснять мне кнопки и что они делают, как запускать игру и прохождение первой части, чтобы показать мне, как это нужно делать. Он заставил это выглядеть довольно просто и удобно, что уменьшило мое волнение. Я знаю, что смешно беспокоиться, делая такие вещи рядом с Эдвардом, что мне нет никаких оснований стесняться, но я ничего не могла поделать. В глубине души я все еще была до такой степени напуганной, и я сильно боялась, что однажды он решит, что я недостаточно хороша для него.
– А как эта игра называется? – спросила я, оглядываясь на него. Он перевел глаза на меня и улыбнулся.
– Марио, – сказал он. – Это похоже на культ, Белла. К черту Хало, ГТА и прочую дребедень – ты никто, если не прошел Марио на Nintendo .
Он говорил серьезно, совершенно трезвым тоном, как будто он провозглашал истинный факт. Я не знала точно, что это за другие игры, но я смутно помнила, как ребята говорили о них раньше. Я улыбнулась и повернулась обратно к телевизору, еще больше откинувшись на него. Я наблюдала, как его маленький герой перепрыгнул через зеленые грибы и подпрыгивал, нарочно ударяясь головой о блоки, плывущее по небу. Гриб высовывался прямо из одного блока, в который он ударялся, и он направил своего крошечного героя бежать прямо к нему. ОН исчез, но тут же мгновенно вырос почти вдвое. Я засмеялась и снова посмотрела на Эдварда, который счастливо улыбался. Он выглядел таким маленьким и почти невинным в этот момент, таким беззаботным. Он перевел свои глаза на меня и вновь усмехнулся.
– Тут ты закончила эту часть, – сказал он, передавая мне джойстик. Мои глаза расширились от удивления.
– Что, если я убью его, – спросила я, внезапно начиная нервничать и бояться опять. – Я имею в виду, что его можно убить, правильно? – я поняла некоторые основы, но видеть, как это делается и делать это – совершенно разные вещи. Я не хочу портить его игру и раздражать его. Он только взглянул на меня и пожал плечами.
