пыталась ее ударить. Я сделал лишь то, что сделал бы любой мужик в такой ситуации, – пожимая плечами, сказал он. – Да, вообще-то, неважно. Полагаю, большинство других просто стояли бы в стороне и смотрели как две разгоряченные цыпочки разбираются между собой. Но мне бы не хотелось, чтобы Таня исколошматила ее на выпускном балу. Я все еще надеюсь, что сегодня вечером кое-что произойдет.
Эдвард со злостью посмотрел на него, а затем перевел взгляд на меня.
– Таня пыталась тебя ударить? Опять?
Джейкоб презрительно усмехнулся.
– Что ж, я вижу, это уже не первая попытка, – пробормотал он.
– Б…ь, заткнись нахрен и займись своими делами, пока я тебя не заткнул, – прорычал Эдвард. Его злость испугала меня, и сердце в груди заколотилось быстрее.
– Ну, да, но… она не ударила. Она только порвала мою цепочку, – сказала я, протягивая ее ему. О
н взял ее в руки и, матерясь, засунул ее в карман. Кто-то громко объявил о чем-то, связанном с королевской властью и Эдвард вздохнул.
– Идем, Белла, – сказал он, уводя меня в сторону. Я бросила короткий взгляд на Джейкоба, затем повернулась и поспешила за Эдвардом.
– Тук, тук, – услышала я слова Джейкоба в свою спину.
Я вздохнула, чувствуя себя немного виноватой от того, что Эдвард уводит меня от него, после всего, что Джейкоб для меня сделал и снова оглянулась на него.
– Кто там? – спросила я, останавливаясь. Эдвард тоже остановился и яростно посмотрел на Джейкоба, явно ничего не понимая.
– Танк, – сказал Джейкоб, ухмыляясь.
– Танк ху? – Спросила я, и в тот же момент, когда слова сорвались у меня с губ, поняла его шутку. Танк ху как Thank You (Спасибо). Я захихикала.
– Пожалуйста, Изабелла.
– Такой же придурок, как и всегда, – пробормотал он, дергая за меня за руку, чтобы уйти.
Я улыбнулась Джейкобу напоследок и он улыбнулся мне в ответ, помахав рукой.
– Два сапога – пара, Каллен, – проорал Джейкоб.
Эдвард прорычал какое-то итальянское слово, finocchio, что на слух было похоже на слово Пиноккио.
Мы пробрались сквозь толпу на другую сторону зала и на сцену, где уже сидел какой-то парень за музыкальным пультом, поднялась женщина с микрофоном в руке. Музыку выключили и женщина опять заговорила о каких-то королях и королевах, а Эдвард замолчал и, обвив меня руками, прижал к себе, крепко обняв.
– Ты в порядке, tesoro? – cпросил он. – Прости, что меня там не было. Клянусь тебе, им это так просто не сойдет.
Я вздохнула, обнимая его и зарываясь головой у него на груди. В его объятиях, вдыхая его запах, было так тепло и спокойно.
– Я в порядке, Эдвард. А она не причинила мне никакого вреда, поэтому не нужно ей ничего делать, – сказала я. Он шумно выдохнул.
– Да я пальцем ее не трону, обещаю? – cказал он.
Но я слышала, что он тщательно подбирает слова и у меня появилось предчувствие, что он уже знает, как отомстит ей, и это меня немного испугало, но у меня уже не было сил, чтобы говорить об этом и выяснять его планы. Если уж он что-то решил, то с ним уже бесполезно разговаривать.
В этот момент мы услышали, как объявили имена Эмметта и Розали, а люди вокруг зааплодировали. Я в замешательстве нахмурилась и огляделась, наблюдая за тем, как Роуз и Эмметт поднимаются из толпы на сцену. Эмметт широко усмехался, а у Розали на лице было ее обычное злое выражение.
– Они что-то выиграли? – cпросила я у Эдварда, и он кивнул в ответ.
