машину и включила передачу, тут же срываясь с места. Раздался сигнал, когда я едва не врезалась в чужую машину, и я нажала на тормоза, чтобы они могли проехать, руки дрожали, тело тряслось. Я боролась с рыданиями, но слезы все равно текли по щекам, мешая мне видеть. Я выехала с парковки и заметила, как Эдвард бежит к своей машине, от этого зрелища сердце бешено забилось. Я выехала на дорогу и в панике мчалась по городу.
Я была напугана и шокирована происходящими, не знала, что делать и куда идти. Я выехала из Форкса и проехала мимо дома, но не свернула – я не могла туда пока возвращаться. Я не могла встретиться лицом к лицу с Эдвардом, только не после этих событий. Мне нужно было время, чтобы разобраться, поэтому несколько минут я ехала по улицам, когда меня озарило, в какое место он не сможет попасть.
Я ехала по шоссе к Ла Пуш в полной темноте, боль в груди стала пульсировать сильнее с каждой секундой. Вина и стыд заполнили меня, в голове звучали слова Эдварда, когда я проезжала мимо «Добро пожаловать в Ла Пуш». Он сказал, что я не знала, что он потерял из-за меня, но я знала…
Вопрос в том – знал ли он?
Какое-то время я ехала по дороге без обозначительных знаков, понятия не имея, где нахожусь. Я заметила океан и съехала с пути, выходя из машины и подходя к ограде. Я заметила пляж сбоку от дороги и поняла, что я на той скале, с которой, по словам Джейкоба, они с Эдвардом прыгали ради развлечения. Я вздохнула и перебралась через ограду, делая несколько шагов вперед, чтобы посмотреть на воду. Я стояла там, когда начал разрываться телефон, я игнорировала его, потому что знала, кто звонит.
Когда включился автоответчик, телефон затих, а затем снова зазвонил, и так по кругу еще несколько минут. Наконец это прекратилось, и я вздохнула, доставая трубку из кармана. Семь пропущенных звонков, и все от Эдварда.
Я больше не могла продолжать то, что делала… ни один из нас не мог. Мне нужно поговорить с кем-то, но я не могла говорить с тем единственным человеком, с которым хотела. Я была сломлена, и не знала, как поступать, но мне нужно было действовать. Поколебавшись, ведь это могло быть моей самой большой ошибкой, я начала искать в телефонной книжке номер. Когда я дошла до «Д», меня охватили сомнения. Он сказал мне воспользоваться номером, когда мне нужен будет собеседник, кто-то не из моего круга, и сейчас он как раз подходил. Вздохнув, я нажала кнопку вызова, сердце бешено билось, я знала, что дороги назад не будет. Это абсурд, часть меня кричала остановить этот звонок, но я так не сделала. Я собиралась сделать то единственное, что, как говорила Джейкобу, никогда не смогу… я собиралась довериться ему.
– Да, – ответил Джейкоб.
Я молчала, моя решительность поколебалась, стоило мне услышать его голос. В голове вспыхнули слова Эдварда. «Ты пытаешься сделать мне больно?» говорил он. «Почему он?».
– Алллоооо, – сказал Джейкоб. – Там кто-то есть? – я нервно закусила губу и уже хотела оборвать вызов, как вдруг он раздраженно вздохнул. – Изабелла?
Я напряглась, когда он назвал мое имя, закрывая глаза.
– Я, э-э… – начала я, не зная, что говорить. – Я не знала, куда поехать, он был расстроен, я сделала ему больно, поэтому я просто… э-э… Я в Ла Пуш, я знаю, что ему сюда нельзя, и я не готова встретиться с ним, и тут я увидела океан и подъехала… – он вздохнул, когда я запнулась.
– Оставайся на месте, я найду тебя.
Раздался звук отбоя, он положил трубку, я засунула мобильник в карман. Тут он снова начал звонить. Открыв его, я увидела имя Эдварда, и, поколебавшись, нажала на кнопку отбоя. Нахмурившись, я ощутила вину.
Сделав несколько шагов к обрыву, я посмотрела вниз, на океан. Было очень высоко, но вид поражал. Лунный свет отражался от воды, волны бились о скалы, звук и запах успокаивал. Было темно, и я всматривалась в черноту воды, завороженная зрелищем. Внутри меня было пусто, еще большая часть меня умерла, когда я ранила Эдварда.
Не знаю, как долго я была одна, когда позади раздался шум. Я поняла, что кто-то приближается. Потом я услышала вздох, когда он подошел ближе.
