грязи и подбежал к мотоциклисту, схватил автомат: — Ура,
— закричал он срывающимся голосом, случайно нажал на
спуск, автомат дернувшись в руках, выстрелил короткой
очередью. — Мать твою, урод, дай сюда! — крикнул Мирон
забирая автомат. — Надо убрать с дороги этого. Они
оттащили немца на обочину и преодолевая отвращение
обшарили карманы, нашли сигареты в серебристом портси-
гаре. Мирон повесил автомат на плечо, и вынув патрон из
винтовки отдал ее Алеше, патрон он отдал седому мужчине.
Алеша с гордостью повесил винтовку на плечо, он снова
почувствовал себя взрослым. Пока Мирон с Алешей вытас-
кивали мотоцикл из грязи и затащив в лес закидывали вет-
ками, мужчина в шляпе сноровисто вынул из сумки у немца
документы и карты, бегло посмотрел на них и засунул
запазуху. Труп немца тоже закидали сухой травой, ветками и
листвой. Они уже начали свою войну и это было весомым
163
оправданием их бегства от танков. По тому, как спокойно
ехал мотоциклист, можно было определить что они нахо-
дятся за линией фронта на немецкой стороне, и куда идти
дальше они не знали. Постоянно так везти не будет, это они
понимали, и на чудо надеяться не приходилось...
Степан Воловень радовался своему новому назначению,
его вызвали в комендатуру деревни Дубки, он предстал пе-
